Я пошёл туда и увидел страшную картину: хозяин имения висел на самой нижней ветке, а рядом с ним — двухступенчатая стремянка. Мы сняли тело. Но он был уже мёртв. Прибежала дочь и зять. Сообщили в полицию. Приехал господин инспектор.

— А что показало вскрытие?

— Его не делали, — ответил полицейский. — А зачем? И так всё ясно. Никаких видимых повреждений на покойнике не было.

— А стремянка стояла или лежала?

— Стояла.

— Вы сказали «двухступенчатая стремянка»? Но такие лестницы неудобны для работы в саду. Обычно их используют в библиотеках.

— Вы правы. Барон взял её из своего кабинета, который одновременно является и библиотекой.

— Он оставил прощальное письмо?

— Нет.

— Большое спасибо за прекрасный завтрак. Однако хотелось бы взглянуть на место самоубийства. Вы меня проводите? — промокнув губы салфеткой, осведомился Клим Пантелеевич.

— Хорошо, — согласился Коппель и бросил взгляд на инспектора.

Все трое тут же отправились к водопаду. Управляющий с удовольствием рассказывал гостям об имении:

— А это церковь Святого Захария и Святой Василисы. Так и осталась от прежних хозяев.

Ардашев вдруг остановился посередине двора и, указывая на статую Венеры в центре клумбы, спросил:

— Простите, неужели это подлинник работы Антонио Кановы?

— Вы совершенно правы. Её привезли из Италии лет сто тому назад.

Дорожка извивалась и бежала мимо оранжерей, построенных в виде ступенчатого амфитеатра. Фрамуги были открыты, и в них виднелись цветущие диковинные кустарники, цитрусовые деревья и низкорослые пальмы.

— В оранжереях даже ананасы выращиваем. А вообще, Волконские высадили в парке множество деревьев со всего света. Их везли отовсюду: из Сибири, Кавказа, Европы, Америки и Азии. Да и руками русских государей, начиная с императора Николая I, высажена целая аллея. Кто только не отдыхал в этом имении! Министры, писатели, поэты, учёные… Был тут и поэт Тютчев. И каждому предлагалось посадить на алее дерево. Не правда ли, хорошая традиция? — Коппель вдруг замолк и добавил. — Дуб, на котором повесился барон посажен покойным императором Павлом, незадолго до гибели. Такое вот несчастливое совпадение.

— А может, спилить его к чертям, раз он несчастье приносит, а? — вмешался в разговор инспектор.

— Ну что вы, господин полицейский. Это история! — возмутился управляющий.

— А кроме шоссе, как ещё можно сюда добраться из Ревеля?

— По Балтийской железной дороге, если сойти на полустанке Кегель. Там на извозчичьей бирже легко нанять коляску. Это в тринадцати верстах от отсюда, если идти по дороге. А напрямую — вёрст пять, не больше.

Высокий и раскидистый дуб у реки казался исполином среди клёнов и берёз.