Рядом с ним лежал стилет, переделанный из штыка винтовки Мосина. Когда его правая рука уже почти дотянулась до холодного оружия, Ардашев, не выпуская из руки свечи, точно играя в английский football, с разбегу ударил ногой в переносицу хориста. Вскрикнув, тот опрокинулся на спину и, застонав, отключился.

— Неужто сдушегубили мерзавца? — указывая стволом на почти бездыханное тело задержанного, спросил инспектор.

— Нет. Очнётся. А вот ваш помощник мёртв.

— Видать, горло ему прошил гадёныш.

— Да, рваная рана. Стилет лежал под парчой. Вижу и вам досталось, господин Саар.

— Руку пробил, стервец. Дай Бог, чтобы сухожилие не задел. Как же вам удалось с ним справиться?

— Свечи погасли, и я бросился к выходу. Удалось опередить беглеца. А когда он стал подниматься, я ударил его ногой в лицо. Кантор скатился вниз. Потом я зажёг свечу. Второй удар вы видели.

Частный сыщик шагнул к гробу. Он отстегнул в четырёх местах крепления и сдвинул крышку. Золотой алтарь, поймав огонь свечи, заблестел.

— Богатство Черноголовых на месте.

— Вот и хорошо. Возьмите его, если не трудно. Но сначала надо окольцевать железом убийцу, — кривясь от боли, вымолвил Саар.

— Не волнуйтесь, я всё сделаю. Поднимайтесь наверх, зовите людей. Пусть вытащат труп вашего помощника.

— Да-да. Благодарю.

Ардашев одним движением защёлкнул на обмякших запястьях кантора наручники. Хорист, открыв глаза, промычал что-то невнятное и опять потерял сознание. Клим Пантелеевич вздохнул, вынул из гроба складной алтарь и зашагал наверх — туда, где цвела мандрагора.

Глава 22. Встреча

IЧерез два часа Ардашев, с трудом пробившись через толпу репортёров у входа в полицейское управление, вновь появился в кабинете главного сыщика Таллина. Инспектор Саар с забинтованной рукой на перевязи поднялся из-за стола, улыбнулся и, шагнув на встречу, поприветствовал:

— Милости прошу, господин Ардашев! Садитесь. Может быть, по рюмке коньяку? Мне он показан, хорошо снимает боль.

— Не откажусь.

Свободной рукой инспектор вынул из шкафчика наполовину початую бутылку «Шустова» и наполнил две рюмки.

— А «Шустов» откуда? — удивился Клим Пантелеевич. — Теперь это редкость.

— Подарили недавно.

— Сухожилие не задето?"

"— Слава Богу, нет! За ваше здоровье!

— В первую очередь за ваше!

Поставив пустую рюмку на стол, инспектор спросил:

— Вы, верно, за документами Варнавской пожаловали?

— И за ними тоже.

Полицейский открыл ящик стола и вынул бумагу.

— Всё готово. Простите, но вам я не могу отдать справку. Не положено. Бланк строгой отчётности. Нужна подпись в книге выдачи. Она должна прийти и самолично расписаться в получении.

— Хорошо. Варнавская обязательно появится у вас. Сегодня или завтра. Я дам ей знать.

Частный сыщик поднялся.

— Через четыре часа у меня пароход.