Домой возвращаюсь в возбуждённая, готовая к свершениям. Надо отпечатать слоган и узнать у Стаса, как связаться с Ларисой. Последнее не особо приятно, но ради дела потерплю."

"Грачёв ещё не вернулся. Я печатаю листы с лозунгом ""Чистые озера!"", склеиваю в ленту и складываю. Желание действовать бьёт ключом. На месте сидеть не получается, мне надо чем-то заниматься.

Решаю испечь блины. Хочется и сладких, и с мясом. Дело нехитрое, особенно на такой благоустроенной кухне.

В морозильной камере нахожу фарш, в холодильнике творог. За час успеваю и напечь и накрутить рулетиков с начинкой. Но не ем. Жду.

Сама от себя глаза закатываю. Да, Ася, вот ты и втрескалась. Стряпаешь, сама не ешь — ждёшь.

Ну, до эсэмэсок опускаться не буду.

Да и не приходится. Едва успеваю принять душ и переодеться, как возвращается Стас.

Морщит лоб, когда ловит аромат еды.

— Вау, — улыбается, а у меня аж пальцы показывает от удовлетворения.

Хочется дать себе затрещину. Напомнить, кто он, кто я, и как мы оказались вместе. И вместе ли?

— Блинчики? Те самые, о которых бабушка твоя хвалилась?

— Типа того, — тоже улыбаюсь, стараясь быть скромнее. — Давно не ела, захотелось.

— Но меня решила подождать.

Ну вот зачем он это озвучивает?

— Может, мне даже поцелуй положен? — снимает пиджак, откладывает его на спинку стула и медленно идёт ко мне.

— Обойдёшься, — фыркаю и отворачиваюсь, но Стас обхватывает меня сзади, заключая в объятия.

Дёргаюсь разок, пытаясь сбросить его руки, но потом затихаю. Он не сжимает сильно, но держит крепко. Просто стоит, давая мне время выдохнуть и расслабиться.

Он так хорошо пахнет. Голова кружится. И в животе волнение просыпается.

— Змеевна, хватит отрицать очевидное. Ты меня хочешь.

— Вот это самомнение!

— И я тебя тоже, — прикасается легонько губами сзади к шее к выпирающему позвонку. — Помню, обещал не торопиться, но у меня мозг не работает, понимаешь? Весь день на работе вспоминал, какая ты вкусная.

— Стас!

Меня начинает колотить. Он говорит таким голосом, что я чувствую себя раздетой.

— Какая узкая и пугливая, — напрягаюсь в его руках, и объятия тоже каменеют, давая понять, что вырваться он мне не даст. — Я безумно тебя хочу, Ася. Твои блинчики тоже, но тебя сильнее. Давай расширим наши горизонты прямо тут, на кухне? Не полностью, но хоть немного.

Я и ответить ничего не успеваю, как он подталкивает меня к столешнице, давит на спину, наклоняя и прижимая грудью к поверхности стола.

Что за дикость такая, не успел привет сказать, уже раскатал на столе. Прижался сзади сильными бёдрами. Задницей чувствую его эрекцию, вспоминаю, как касалась рукой и внутренне вся сжимаюсь. И сладко, и страшно.

Кажется, я совсем пропала. Как ещё объяснить то, что едва Грачёв меня касается, я забываю обо всём? Мозг топит в гормонах.