Сейчас мы друзья, но близко не общаемся.

— Понятно.

— Ну чего ты заладила, Ася? Я говорю как есть.

— С Никитой мы тоже только друзья, но ты мне поставил ультиматум.

— Потому что этот твой Никита-только-друг смотрел на тебя как голодный бульдог на кость.

Я фыркаю и отворачиваюсь к окну. Хотела спросить, почему Стас сначала так категорично не хотел говорить о ситуации на Орловских, но потом передумываю. Слишком внутри горячо, кипит будто. Надо успокоиться, тогда и спрошу.

Потом приходит сообщение от Инны, что они с Олегом будут в городе спустя час, предлагают встретиться. Я прошу Стаса подкинуть меня к тому кафе, где мы уже виделись. Ему эта идея нравится не особо, но он соглашается.

Когда останавливается у кафе, и я уже намереваюсь выйти, ловит за локоть, тормозя. А потом тянет на себя и целует. Без слов и привычных шпилек. И меня немного отпускает, я даже улыбаюсь, убегая.

* * *— Это нельзя так оставлять! — Инка возмущённо взмахивает рукой, едва не зацепив свой стакан с апельсиновым соком.

— Совершенно с тобой согласна, — поддакиваю, а у самой внутри аж дрожь от возмущения.

— Пусть подавятся другой темой — напишем! Но и с этой я расстаться не готова. Столько времени и сил вложено, мы же, считай, расследование провели.

Но ведь и правда обидно. И ясно, что что-то тут не так.

— Присоединяйтесь к нам, — вклинивается в наш эмоциональный разговор Олег. — Тем более, вы настолько в теме. В городе давно природу гробит кучка богатеев, и мы хотим громко выступить.

— Конкретнее, — поворачиваюсь к парню подруги. — Выступить как?

— С протестом. Есть информация, что выброс был сделан уже при новом хозяине сажевого. Он экономит на оборудовании, даже фильтра ночью выключают иногда. Обратите внимание на трубы завода часа в четыре утра, если будете в городе, а зимой так вообще, какого только цвета снег не выпадает. А на ""старом"" рынке, что у метзавода, по утрам воняет тухлыми яйцами.

— Сероводород, — констатирует Инка.

— Об этом ещё не объявляли общественности, но мы выяснили, что хозяин метзавода и выкупил сажевый.

Я выдыхаю. Если честно, хоть Стас и сказал, что не имеет отношения к сажевому, в глубине души я сомневалась. И сейчас обрадовалась, что это правда не он.

— Олег, расскажи подробнее о протесте, — прошу я. — Вы хотите выйти под стены завода?

— Да, плакаты, лозунги, карикатуры — мирно, ничего криминального. Хорошо, если пресса увидит.

Можно было бы связаться с этой Ларисой. Но я пока не предлагаю, вдруг не получится.

Уезжаю я из кафе в приподнятом настроении. Возможность хоть как-то повлиять на охрану природы вдохновляет. Это моё призвание, будущая профессия. Нужно двигаться вперёд, что-то делать, а не только конспекты изучать.

Если протест хотя бы локально, в пределах города, привлечёт внимание — уже хорошо.