Они молча сидели у костра до самого заката — настраивались. Когда солнце скрылось за горизонтом, Ринат и Жюль вместе вошли в пещеру. Сегодня они проведут здесь ритуал, который навсегда прервёт связь двух миров: магического и немагического. Как только они закончат ритуал, миры разъединятся и больше нельзя будет создавать тоннель перемещений, который позволял бы попадать с одной стороны на другую.

Ринат и Жюль долго решались на этот кардинальный шаг, хотя, в общем-то, у них не было выбора. В последнее время баланс миров начал нарушаться. Постоянные перемещения с одной стороны на другую и обратно, а также применение магии в немагическом мире привели к сильному искажению пространственно-временной ткани. Жюль заметил, что время в храмовой башне ускорило свой ход. Это был первый предвестник страшного пророчества. Нужно было не дать ему исполниться и спасти оба мира. Единственный способ это сделать — прервать связь миров.

Ринат и Жюль проделали большую предварительную работу, прежде чем перейти к решающему этапу. Им необходимо было убедиться, что ни в одном из миров не осталось того, кто хотел бы жить в другом мире. Обе девочки, которых дважды меняли местами, выразили желание остаться там, где они есть. Но возникла неожиданная проблема с чернокнижником Блезом. Он категорически настаивал, что хочет попасть в земной мир к жене и остаться там с ней.

Блез отказался рассказать, как получилось, что его жена на той стороне, а он на этой, поэтому Жюль не хотел ему помогать. У неприязни артефактора были и другие причины. Чернокнижник успел перейти дорогу его племяннице. Шантажировал её в день финальной брачной церемонии, из-за чего Вивьен едва не опоздала в храм. Но как бы Жюль ни был зол на Блеза, Ринат проникся к чернокнижнику сочувствием. Тот уверял, что любит свою жену, и одного этого Ринату хватило, чтобы появилось желание ему помочь.

Любовь. Когда-то это слово было для Рината чем-то загадочным, несбыточным, неуловимым. Он знал, что проклятие их рода лишило его чего-то важного, сделало неполноценным. Он пытался представить, что же это за чувство, если ради него начинают и заканчивают войны, рушат и создают миры. Ринат даже не надеялся, что когда-нибудь сам сможет ощутить его. Он мечтал, что хотя бы сын испытает то, что делает мужчину мужчиной. Но сын, его упрямый мальчишка, смог гораздо больше, чем можно было ожидать. Он избавился от проклятия и избавил от него весь род. Как? Не знает никто. Но Жюль считает, что это непроизвольно сработал дар его племянницы избавлять от проклятий. Где-то существует некий предмет, который принял порчу на себя.

Ринату было всё равно, как это случилось. Главное, что несбыточное сбылось.