Так что фирма IBM беспрепятственно обошла меня на крутом повороте, да и ладно — некоторый процент неудач неизбежен в любом деле. Это ведь только в плохих книгах герои, не сморгнув, ломятся к своей цели и не встречают при этом ни единого препятствия, верно?

Как я на Кубе очутился, тоже достаточно интересная история. В нашей элитной поликлинике на Мичуринском, как вы наверно помните, у меня ничего страшного не нашли, но тот небольшой порок сердца, что диагностировал товарищ Молотов, все же требовал некоторых юстировочных процедур, кои, как я узнал, подсуетившись, отлично исполняли именно в этом центре имени Сиро Гарсия, в городе Гавана, республика Куба. Если положить руку на сердце, с пороком оно или без, неважно, то особой необходимости лететь сюда у меня не имелось, но товарищ Цуканов, жена которого окончательно поправилась не без моего вмешательства, вошел в положение и выдал высокое разрешение на это. Вместе с дипломатическим паспортом и двумя тысячами кубинских песо. Ну а я прибавил к ним еще немножко нажитого непосильным трудом.

И про Джуну Ювашевну, наконец, два слова. Я с ней еще встретился, и даже не один раз… между делом поинтересовался, зачем она меня тогда так напугала. И знаете, что она ответила? Ни за что не угадаете — а ты, сказала, мне понравился, хотела, чтоб приходил почаще, тогда бы я тебя вылечила… Вот и пойми ты сердце женщины, тем более такой непростой, как Джуна. К слову — жену Цуканова она тоже пыталась вылечить и даже небольших успехов в этом достигла, но в 82-м случился неожиданный рецидив, тут она ничего поделать уже не смогла… а я смог.

Вот так я просидел на полене от пальмового дерева битых три часа, пока не начали сгущаться сумерки. А тут и Хуан-Антонио из своей хижины вылез.

— Давай еще четыреста баксов, — без обиняков заявил он, — и поехали. До Мексики всю ночь добираться придется.

Я отсчитал ему требуемое и покорно отправился вслед за ним к деревянным мосткам, где был причален вполне современного вида катер с мощным мотором сзади и рулевым управлением спереди. Не надо то есть было сидеть на корме и рулить с помощью приделанного к мотору рычага… как у нас на Волге управляли разными механизмами типа Вихрь или Ветерок. У Хуана-Антонио был мотор производства славной японской фирмы Судзуки.

— Откуда у тебя такое богатство? — не смог я удержаться от вопроса, указывая на Судзуки.

— Места знаю, — проворчал Хуан, — садись и помалкивай.

Я вздохнул и выполнил его распоряжение — впереди было только одно сиденье для водителя, а за ним два ряда по три кресла, вот в одно из них я и опустился.

— Ты плавать умеешь? — спросил он, запустив уже мотор для прогрева.

— Конечно, — ответил я, — кандидат в мастера спорта по брассу.