— Рубль за сеанс, — начал перечислять Ишаченков, — в помещении 30 что ли мест, заполняемость… ну будем считать, что 90%, три сеанса в день. Итого 80 рэ в день или 2 тыщи в месяц, в выходные они не всегда работают. Минус половина крыше и за аренду — по пятихатке на брата выходит.

— Не очень, чтобы… — поморщился я, — хлопот много, а выхлоп жидковат.

— Да, а Аскольд у нас в армию уходит, — вспомнил он, — через неделю что ли.

— Вот это да, — искренне удивился я, — он же из политеха, а там военная кафедра дает мертвую бронь по этому делу.

— Да, из политеха, — согласился Ишаченков, — но он по собственному желанию уходит, а не принудительно — служить, говорят, будет в ГДР, в группе советских войск… у него же немецкий, как родной, вот и пригодится.

— Тоже мамаша наверно постаралась? — спросил я.

— А кто же еще… да, и про главную же новость забыл — наш институт забирает другое ведомство, с ноября мы уже не к Академии наук будем относиться.

— А к кому?

— Минсредмаш, слышал про такую контору?

— Ничего себе, — присвистнул я, — ядерная отрасль это серьезно. Поди и руководство сменится?

— Точно, — подтвердил он, — по слухам должны прислать кого-то из Арзамаса-16, чуть ли не самого Харитона… и опального академика этого, как его… ну ты понял… тоже к нам на службу должны принять в ближайшее время. И зарплаты обещали приподнять."

"— Ну дела, — искренне восхитился я, — в космос стартуем! А Аскольда надо бы проводить на военную службу по всем правилам — не каждый день у нас народ в армию уходит, тем более добровольно.

— Ну так я жду твоей помощи по помещению для клуба, — сказал на дорожку Ишаченков, когда мы почти доехали до места.

— Я тебя услышал, — ответил я ему модной в 21 веке фразой, — и зафиксировал информацию.

Хулигана Димы во дворе и на этот раз не оказалось, я даже забеспокоился, не случилось ли чего с ним такого. Мамы тоже дома не было, но это хотя бы было объяснимо — наверняка в школу пошла дела свои устраивать. На скорую руку разогрел и поел, что там в холодильнике нашлось, да и тоже выдвинулся по направлению к 160-й средней школе.

На дворе стояла золотая осень, когда еще не холодно, но уже и ледок по утрам на лужах случается. Березы почти все облетели, с них в первую очередь листья падают почему-то, а дубы с кленами все еще шелестели желтыми листьями. В парке работал тир… ну надо ж, сто лет не стрелял, подумал я, заруливая внутрь этого заведения.

— Почем стоит пострелять? — спросил я у смотрящего, плюгавенького мужичка, который сидел в углу и пересчитывал что-то.

— Две копейки за выстрел, — оторвался он от своих срочных дел. — Мишень если нужна, то бесплатно, вон они лежат на прилавке.

Отдал 20 копеек, получил 10 пулек и присмотрелся к матчасти этого тира.