– Алессия, хватит, или я вот-вот кончу.

Она тут же убирает руку, словно обжегшись, и я жалею о сказанном. Мне хочется схватить Алессию и войти в нее… но нельзя, у нее болит бок. Алессия проявляет инициативу и садится на меня. Ее губы приникают к моему рту, язычок скользит внутрь, пробуя. Длинные волосы шатром укрывают наши лица, и мы на миг встречаемся взглядами: ее темно-карие глаза смотрят в мои зеленые. Алессия восхитительна. Податлива. Чувственна. И сейчас со мной.

Она снова целует меня, а я нашариваю на тумбочке презерватив.

– Возьми. – Я протягиваю ей упаковку и задаюсь вопросом – наденет она его на меня или нет.

Однако Алессия лишь растерянно моргает.

– Слезь с меня, и я покажу, что нужно сделать. – Я разрываю упаковку, достаю презерватив и, придерживая за кончик, раскатываю по возбужденному члену. – Готово. Осталось лишь снять твои трусики.

Она смеется, когда я укладываю ее на спину и запускаю пальцы под резинку розовых трусиков. Тех самых, розовых. Стягиваю их с ее длинных ног и бросаю на пол. Сев между ее бедер, я одной рукой поднимаю Алессию за талию к себе, стараясь не задеть ушибленный бок.

– Так не больно?

Она цепляется за мои плечи, и я приподнимаю ее над своим напряженным членом.

Алессия целует меня, и, сочтя это ответом на своей вопрос, я медленно – ох, до чего же медленно – опускаю ее на свой член. Зубки Алессии смыкаются вокруг моей нижней губы, и я на миг думаю, что она укусит меня. Я полностью вхожу в нее, и она, ахнув, выпускает мою губу.

– Так хорошо?

– Да.

Запустив пальцы в мои волосы, она притягивает мое лицо ближе и целует – жадно, ненасытно, требовательно. С тем же пылом, что и на лестнице. Из-за утреннего происшествия или из-за того, что я признался ей в любви, но Алессия сегодня в ударе.

Она двигается вверх и вниз. Снова и снова. Берет меня страстно и неистово. Это безумие…

И оно может слишком быстро окончиться!

– Эй! – Я придерживаю Алессию и отвожу волосы с ее лица. – Полегче, малышка. У нас весь вечер и вся ночь впереди. И завтрашний день. И послезавтрашний.

Я гляжу в темные, пьяные от наслаждения глаза, и мое сердце заполняет всепоглощающая нежность.

– Я с тобой, – шепчу я. – Я люблю тебя.

– Максим, – выдыхает она и наклоняется для поцелуя."

"Обняв меня за шею, Алессия продолжает двигаться, только медленней, позволяя распробовать себя.

Дюйм за дюймом. Плавно, неспешно… Райское блаженство.

Поднимается и опускается. Поднимается и опускается. Возносит меня с собой… все выше и выше… пока не начинает с криками содрогаться в оргазме, доведя и меня до пика наслаждения.

– О, Алессия…

Мы лежим, тихо и неподвижно. Молчим. Глаза. Носы. Щеки. Губы. Лица. Мы пристально смотрим друг на друга. Поглощаем друг друга взглядами. Огонь в камине бросает на нас отблески. Трещат поленья.