У него на столе будут письменные показания, всех лиц, присутствующих в ресторане. Заметь, все согласятся дать показания, воспитали их в правовом государстве. Всем ты денег не дашь, нет у тебя таких сумм, здесь поправляют здоровье люди с личными состояниями, равными годовому бюджету стран Прибалтики, вместе взятых.

Примет судья в производство дело, загремите на солидные сроки. За тебя, я думаю, никто подписываться из думских коллег не захочет, лишат всяких там иммунитетов и полномочий, и будь здоров, отвечай."

"А что касается видео, то сейчас оно размещено на одном из сайтов, в зашифрованном виде.

Мне достаточно позвонить, назвать пароль, и твоя морда появиться во всемирной сети. Пара статеек нужного содержания, о нравах, царящих среди депутатского корпуса России, тоже подготовлены. За пару дней, общественное мнение Европы, сделает из тебя отбивную, образно говоря. А соответствующие службы родины, сотрут твою личность в реалии, за нанесение ущерба авторитету страны. Нет у тебя выбора, придется извиняться. А после извинений, рекомендую, паковать чемоданы, и бежать отсюда без оглядки, как бы чего не вышло. Надеюсь, доходчиво объяснил, и сказанное, дошло до своих, заплывших жиром мозгов.

— Ты блефуешь. Ничего у тебя нет.

— И не думал. Попроси, пусть управляющий наберет на «ютубе» название своего пансионата и твою фамилию. Там появится видео, но, сколько бы ты не кликал на запуск, просмотр невозможен без моего пароля.

Депутат выполнил мои рекомендации. С каждой секундой выражение его лица становилось мрачнее и мрачнее. Убедился.

— Чего ты хочешь? Денег?

— Мне твои грязные деньги не нужны. Требование я озвучил. Изволь выполнить.

— И все из-за какой-то бабы, ты готов земляка в тюрьму загнать?

— Ошибаешься, не из-за бабы, как ты выразился.

Таких депутатов, как ты надо гнать из власти, и лучше на лесоповал, тайга в России большая.

— Ладно, уговорил, зови мадаму. Но знай, вернешься в Россию, я тебе все припомню.

— Лучше не говори, а то наболтаешь на реальный срок, но уже по законам отчизны.

Управляющий отправил секретаря на розыски Ирэн. Через десять минут девушка была в кабинете. Депутат, принес свои извинения.

— Надеюсь, недоразумение улажено? — виновато спросил управляющий, глядя на меня.

— Спрашивайте у мадемуазель Ирэн. Удовлетворена ли она извинениями?

Девушка никаких претензий депутату не предъявляла, сказала, что считает инцидент исчерпанным.

Вместе с Ирэн, мы покинули кабинет. Уже возле своего номера, девушка не удержалась от расспросов.

— Мишель, как вам удалось заставить русского извиняться? — глядя мне в глаза, поинтересовалась девушка.

— Понимаете Ирэн, Интернет хорошая вещь. Покопавшись, я нашел много информации об этом субъекте. Это позволило выстроить непробиваемую защиту.