Нет, мы так не договаривались, я здесь отдыхаю, а не воюю. Словно из-под земли появились местные стражи правопорядка. Смутьяны были оттеснены от нашего столика, и препровождены за пределы ресторана.

— Извините Ирэн, что вам испортили впечатления от первого дня, пребывания на отдыхе, — обратился я девушке.

— Вы поняли, что кричал этот мужчина? — спросила Ирэн, еще не отошедшая от происшедшего.

— Разве это важно. Пусть кричит. Он хам, а хамство нужно пресекать.

— Этот, как вы говорите хам, парламентарий из России, и он обещал вам большие неприятности.

— А у него разве не возникли неприятности здесь? Его выходка подпадает под действие нескольких статей криминального кодекса конфедерации.

От вас даже жалобу подавать не надо, полиция может возбудить дело по факту, передать дело на рассмотрение судьи. Записи камер видеонаблюдения имеются.

— Ничего им не будет, у них, я думаю, дипломатические паспорта. Их могут только пожурить.

— Давайте забудем о плохом. Выбросьте это недоразумение из головы.

— Вы насколько легкомысленны или слишком самоуверенны в себе? Вдруг из вас попытаются сделать виноватого.

— Во-первых, Европа не Россия, здесь есть правоохранительные органы и справедливые суды, а во-вторых, я надеюсь, вы не откажетесь, если понадобиться, дать правдивые показания.

Это так на всякий случай.

— Показания дам. А можно вопрос? Почему вы вмешались, я вам никто?"

"— Как это никто? Мы с вами познакомились. Сидим за одним столом, вкушаем ужин. В конце концов, я мужчина, и мы проживаем в одном пансионате. И вы говорите, что вы мне никто!

— Только Дон Кихота мне не хватало, — произнесла Ирэн, на языке, смутно напоминающий мне древнеарабский, с трудом, но разобрать мне удалось.

— Милая Ирэн, я никогда не воевал с ветряными мельницами, на моем месте поступил бы также любой порядочный человек, — выдал удивленной девушке спич, по-немецки.

— Мишель, а вы одна сплошная загадка для меня. И странный вы какой-то.

— Все со странностями. Давайте, я вас провожу до номера, чтобы больше никто не пристал.

— А вы знаете, на каком этаже я проживаю?

— Нет, но могу предположить, что на пятом.

— Попали. Теперь номер.

— Пятьсот пятнадцать или пятьсот одиннадцать.

— Почему вы так думаете?

— А у меня пятьсот тринадцатый, значит и вы где-то недалеко.

— Все угадали, пятьсот одиннадцатый. Я согласна принять вашу помощь.

Доставил Ирэн в номер без происшествий, пожелал спокойной ночи. Сам же решил подстраховаться, от этого гадского депутата можно ожидать любой подлости, поднаторел он в этом, восседая в мягком кресле Думы.

Глава 15

Вчерашний инцидент, сегодня имел продолжение.

После утренних медицинских процедур и купания в источниках, горничная пригласила меня в кабинет управляющего пансионата.