Он на все твои вопросы пусть отвечает.

Пять дней и четыре ночи я провел у Веры. Днем все, что подлежало ремонту — ремонтировал, строгал и пилил. Рубил дрова на зиму. Отремонтировал и капитально утеплил птичник, теперь куры и утки зимой не замерзнут, и будут нестись. Снегоход отревизировал, перебрал гусеницу, заменил масло в двигателе, настроил карбюратор и выставил правильно зажигание. Большой мотоцикл, а на самом деле квадроцикл, тоже довел до ума. Сделал подобие кабины из труб и брезента, хоть какая защита в непогоду. Но это все днем. А ночью, мы с Верой предавались любви, засыпали под утро.

Не пойму, откуда силы то брались? Наверное, чистый воздух, экологически чистая пища, способствовали быстрому восстановлению сил.

Особенно эмоционально насыщенной была последняя ночь. Мы подобно ненасытным зверям набрасывались друг на друга, стонали и рычали, а еще любились и любились.

Утром Вера проводила меня до ворот. Подарила незабываемый по теплоте поцелуй. Перекрестила, и ушла в избу. Я не оглядываясь ушел к бабе Зине. Сегодня мне идти к Трифону.

— Я собрала тебе в котомку все, что нужно, — напутствовала меня баба Зина, — сколько пробудешь в гостях у Трифона, я не знаю.

 — Он сам тебе скажет. Слушай его внимательно, он мудрый мужик. Ничему не удивляйся, много у него в избе необычного. Сразу за околицей, есть дорожка в лес, вот по ней иди. Она приведет тебя к его жилищу.

Вняв наставлениям бабы Зины, отправился в путь. Погода, можно сказать шепчет. Чувствуется приближение осени. Воздух чистый, я бы сказал, даже немного прохладный. Пахнет сейчас в лесу по-особенному, точно объяснить не могу, осенью пахнет.

Топал я почти два часа, пока не вышел, на небольшую поляну.

Взору предстала ухоженная изба солидных размеров, с хозяйственными постройками. Гомона живности не услышал, и специфических запахов, свидетельствовавших о наличии, этой самой живности, мой нос не уловил.

Подошел к двери избы.

— Добрый день, — постучал в дверь. — Гостей принимаете?

Тишина, никто мне на приветствие не ответил. Странно. Баба Зина говорила, что Трифон, почти все время дома находится. Ладно, присяду на лавку, подожду. Ждать пришлось около часа. Из леса показался человек, несший на плечах большую вязанку травы.

Я встал и пошел навстречу этому человеку.

— Давайте помогу вам, — обратился я к мужчине, — тяжело ведь.

— Не утруждай себя, — ответил мне самый настоящий, по внешнему виду дед, — я еще не совсем немощен, чтобы не справиться с такой ношей. — А за предложение помощи спасибо.

Дед, подойдя к дому, сбросил вязанку с плеч, расправил спину. Точный возраст, конечно, я определить не смог, но точно ему больше восьмидесяти. Ростом дед был немного пониже меня. Окладистая белая борода, такого же цвета волосы на голове.