— Луна! — заговорил Огр. — Спокойствие... — Он ткнул пальцем в сторону полного лунного диска. — Нил Армстронг ходил по Морю Спокойствия. — И, помолчав, добавил: — Она сделана из сыра. Но перед тем как положить её на чизбургер, надо снять пластик.

Майки вздохнул.

— Что случилось с этим парнем? — спросил шрамодух.

— Он шоколадный, — пояснил Майки.

— Сам вижу, — огрызнулся шрамодух. — Почему он шоколадный?

— Потому что это всё, что он о себе помнит.

Майки думал, что сейчас старикан забросает его вопросами, но тот, похоже, удовлетворился его ответом.

— Парни, а имена у вас есть, или вы только.

..

— Я Майки. А это Ник.

— Кларенс, — назвал себя шрамодух. — Приятн... нет, не сказал бы, что приятно познакомиться.

— Что вы, — в тон ответил Майки, — это мне очень неприятно.

Это рассмешило Кларенса. Он откинулся в кресле, опять хлебнул виски, закусил, немного покачался и наконец промолвил:

— Если вы настоящие — а я думаю, что вы настоящие — то скажи мне, как сделать так, чтобы вас увидели и другие люди.

— Никак. Этого не получится.

Кларенса отказ не выбил из седла.

— Ну, тогда вам придётся сидеть здесь вечно.

Майки в ярости потряс решётку.

— Мы не всесильны! Или вы думаете — мы можем делать всё, что на ум взбредёт?!

— Но что-то же вы можете. Ты можешь сделать себя похожим на самое настоящее пугало. Все эти клешни и выпученные глаза... Ну, ты вытворял разные штуки, когда я вас только-только поймал. — Кларенс качнул кресло назад. — А ну давай, повтори.

— Ещё чего! Я тебе не мартышка в цирке.

— Вообще-то если принять во внимание, что ты сидишь в клетке, — возразил шрамодух, — то ты как раз эта самая мартышка и...

— Где мартышка? — обрадовался Огр. — Хочу мартышку! Майки, сделайся мартышкой! Ну пожа-а-алуйста!

Майки проигнорировал его.

Не только потому, что ему вовсе не хотелось строить из себя обезьяну, но также потому, что он попросту не мог этого сделать. Словно двоечник, рисующий каракули в тетради вместо букв, он прекрасно справлялся с чудищами, страшилищами и всяческими вывихнутыми бяками, но изобразить что-то реальное ему было не под силу. Самое большее, на что он был способен в этом плане, — какой-нибудь жуткий ящер с обезьяньей мордой.

— Слушай, — сказал Майки шрамодуху, изо всех сил стараясь держать себя в руках.

— Девушка, которую нам надо спасти — скинджекер. Вот кто может доказать, что мы действительно существуем. Она может вселиться в кого угодно. Тогда люди поверят тебе.

Вид у Кларенса был сомневающийся.

— Это у тебя шуточки такие, да? Смеёшься надо мной, да? Поосторожней, смотри, не то... не то...

— Не то что?

Кларенс вскочил на ноги, отбросил коробку с цыплёнком и бутылку куда-то в живой мир.

— Не то я не знаю что! — проорал он и принялся вышагивать взад-вперёд, спотыкаясь о собственную полумёртвую ногу.