Отчего с фронта, с позиции главных сил армии их было видно, а засадному полку, стоящему «за поворотом» – нет.

Разведка немного помедлила. Да и отвернула назад.

А из-за леса чуть погодя донеслась барабанная дробь. Медленно приближающаяся. До тошноты медленно. Пока, наконец, не показалась легионная пехота.

Впереди бойцы с большими овальными красными щитами с белой хризмой «на борту». Сплошной стеной.

За ними – все остальные.

Получалась этакая атакующая колонна в духе швейцарской баталии. На первый взгляд. Но только на первый.

Медленно она приблизилась к полю и вошла на него.

Засадный полк, стоявший ближе к лесу, шелохнулся и, действуя по заранее утвержденному плану, пошел в атаку. Но не тут-то было.

Баталия легионной пехоты замерла.

Легионеры со щитами припали на колено. С той стороны, откуда началась атака. А стрельцы, расположенные внутри построения, начали палить в эту лаву литовских помещиков. Не очень большую, всадников в четыреста…

Залп. Залп. Залп.

Быстрые.

Частые.

Шеренги просто менялись внутри «коробки», давая очень плотный обстрел из своих длинноствольных аркебуз.

Не мушкеты, конечно. Но били много дальше и точнее обычных своих товарок. Из-за чего уже метров со ста пятидесяти, приближающиеся на легких рысях и не перешедшие к разгону шляхтичи посыпались на землю.

Секунд тридцать такой пальбы.

И засадный полк резко отвернул в сторону, максимально ускорившись. Слишком уж показательные потери. И ладно бы в целом по полку. Нет. Прямо перед твоими глазами. Отчего боеспособность полка резко сдулась. И десяти процентов личного состава не поразило огнем, как он обратился в бегство. Тем более, что совсем недавно все шляхтичи видели, что осталось от передового полка и оттого сильно деморализовались…

Отразив атаку, легионная баталия промедлила с минуту, наводя порядок в своих рядах, и вновь двинулась вперед.

Мерно. Спокойно. Уверенно. Под барабанный бой, словно метроном давящий на психику шляхетского войска.

– Нужно немедленно атаковать!

– Да ты сам видел, что они сделали!

– Нас много! Раздавим!

Завертелись горячие дебаты. Пока, наконец, бледный как полотно король не тронул своего коня вперед.

– Кто не трус – за мной! – рявкнул он.

Какой же шляхтич признается в том, что он боится? Правильно. Никакой. Вот все войско и устремилось за Сигизмундом.

Чего ему стоил этот поступок – не пересказать.

Всю свою жизнь он был труслив, осторожен и выдержан. Никогда не совершал решительных поступков. Но тут… ему вдруг стало страшно. Настолько страшно, что он испугался отступать. Ведь если он сейчас сбежит с поля боя, то потеряет авторитет среди воинства. И его свои же сдадут Андрею. Во всяком случае, эта мысль пронзила ему мозг.