Я отпрянул я, скрючившись от боли отошел от нее на несколько шагов, кровотечение было серьезным, но регенерация справлялась с ним и восстанавливала мой уровень здоровья, только я решил не показывать этого своей противнице.

Женщина, тем временем, небрежно помахивая клинком медленно направилась ко мне, похоже ей надоела игра и она решила, что пришло время со мной наконец то покончить."

"— Признай поражение. И я не стану отправлять тебя на респ. — Усмехнулась она мне. — Признаюсь честно, такого сопротивления мне никто никогда не оказывал. Я, конечно, не про твое позорное фехтование, я про абордаж, ловко ты выкосил мою команду, ну да это ресурс восполняемый.

— Мы договаривались. — Прошипел я, изображая смертельную рану. — Что если выиграешь ты, то сможешь забрать свое судно только после того, как я закончу свои дела, если ты просто убьешь меня, моя команда расправится с тобой.

Женщина звонко рассмеялась.

— Два десятка низкоуровневых игроков. — Она склонилась ко мне. — Они мне на один укус, причем я даже их убивать не буду, пинками загоню обратно в колодки. — Я начал кашлять кровью, вернее я сделал вид, что кашляю кровью, а моя левая рука с предельной скоростью метнулась вверх и зажатый в моей руке кинжал вошел ей под правую грудь.

Нет уж, я не собирался ее убивать, это была слишком уж ценная добыча, выпрямившись как ни в чем ни бывало я вытащил из инвентаря рабский ошейник и защелкнул его на шее удивленной и теряющей сознание женщины.

Затем, как дорогое сокровище, я поднял ее на руки и по абордажному мостику, понес в свою каюту.

Когда я внес ее к себе, Мила тут же с любопытством кинулась ко мне, ей было интересно, что за новая девушка присоединилась к их компании и как бы ее лучше пристроить к делу, я согнал девчонок с кровати, и уложив на нее фехтовальщицу, кинулся искать в запасах капитана исцеляющие зелья, с этим как ни странно мне помогла Жанна, Мила же оценив внешние данные новенькой совершенно утратила к ней интерес, для нее не красивые женщины не представляли никакого интересна, на них не получается заработать денег.

Зубами откупорив пузырек со сверкающей красной жидкостью и подошел к женщине и залил в ее бесчувственный рот его содержимое.

Рана на груди затягивалась на глазах и бледное лицо начало снова приобретать здоровый розовый оттенок.

Веки ее затрепетали и наконец то она открыла глаза.

— Что за… — Она попыталась встать, но что-то поняв ухватилась обеими руками за рабский ошейник на своей шее. — Ты! — Она вытаращилась на меня и попыталась вскочить, но Мила была быстрее, она резким хлёстким ударом отправила ее обратно на кровать.

— Знай свое место. — Прошипела она. — К хозяину обращаться только на «Вы», голос не повышать!

Женщина оскалилась.