Само здание было красного цвета, а внутри благодаря недавнему ремонту все пропиталось запахом краски и стройматериалов. Новая, неразношенная школьная форма топорщилась и жала.

На следующий день начались занятия, и меня сразу же вызвала к себе классная. На тот момент она работала в школе второй год, преподавала химию и была старше меня максимум лет на десять. Мы зашли в приемную. Когда классная с размаху плюхнулась на старый фиолетовый диван, из него столбом поднялась пыль. Классная негромко закашляла в кулачок, прочищая горло. Мне почему-то подумалось, что она, наверное, младшая дочь в семье, всеобщая любимица. Когда ее непрекращающееся кхеканье уже стало меня раздражать, она, всем видом излучая позитив, наконец спросила:

— Тебе, наверное, трудно? Я могу чем-нибудь помочь?

Она, судя по всему, была в курсе событий, что со мной произошли. Похоже, что со шкалой связывались консультант-психолог и адвокат. До того, как она успела еще что-то сказать, я торопливо ответил:

— Нет, у меня все в порядке.

Уголки ее рта натянулись, а брови удивленно приподнялись, будто это был не тот ответ, который она ожидала услышать."

"Эта история получила продолжение на следующий день во время классного часа. Классная ухитрилась за пару дней выучить имена и фамилии всех учеников, но это никого не впечатлило, поскольку старательно заученные имена она использовала исключительно для того, чтобы сказать — такой-то, а ну-ка потише или сякой-то, можешь садиться. Было ясно, что у нее не было таланта привлекать к себе внимание учеников. Каждые три секунды она откашливалась: видимо, у нее это уже вошло в привычку: в промежутках все время кхекать.

— Что ж, и еще одно объявление. — Классная внезапно повысила голос. — У одного из ваших товарищей произошло большое горе. В прошедшее Рождество он потерял всех родных. Давайте все его поддержим. Сон Юн Чжэ, вставай!

Я поднялся.

— Держись, Сон Юн Чжэ, ты — молодец! — Произнеся это, она подняла руки повыше и первой захлопала в ладоши.

Она сейчас напоминала ассистентку режиссера, которая на ток-шоу стоит за кадром и подсказывает зрителям, в какой момент аплодировать.

Реакция в классе была вялой: большинство лишь делали вид, что бьют в ладоши, хотя несколько человек все-таки отнеслись к делу добросовестно, так что какие-то хлопки все-таки были слышны. Но они быстро смолкли, и в наступившей тишине на меня уставились десятки любопытных глаз.

«У меня все в порядке» было неправильным ответом на ее вчерашний вопрос о помощи. Надо было сказать так:

— Если хотите помочь, просто оставьте меня в покое.

24После этого не понадобилось много времени, чтобы обо мне поползли слухи.