– А этот гаденыш не такой святой, каким ты только что его описала. Он меня поцеловал!

– О да, – закатила глаза готесса. – Паразит, каких мало…

– И вообще – взъелся за что-то, хотя совсем меня не знает! Жить спокойно не дает!

– Мм, сволочь…

– Ладно бы догадывался, что я ведьма, а так психует на пустом месте!

– Надо же, какая интуиция у мерзавца…

– Слушай, ты вообще на моей стороне?! – рявкнула я и тут же прикусила губу: мою гениальную голову вдруг посетила не менее гениальная идея: – А помнишь то растение, от которого кожа начинает чесаться?

– В смысле: то ядовитое растение, от которого кожу жжет целые сутки так, словно на ней целину вспахивают? – ехидно переспросила Полина.

– У тебя есть? Давай сюда!

– Ты уверена?

– Он меня поцеловал!

– Ну если бы он этого не сделал, мы бы никогда не увидели такой нежно-фиолетовый румянец на твоих щеках.

– Семена! – прошипела я.

Полина спрыгнула на пол и зашуршала в рюкзаке. Она всегда носила с собой особо полезные ингредиенты. Конкретно этот можно было сыпануть в глаза обидчику – больно так, что перцовый баллончик нервно курит в сторонке.

– Что-то от змеи в тебе все же есть, – покачала головой подруга, протягивая мне мешочек. Я его развязала и… задумалась. Вообще-то это было довольно жестоко. Конечно, он сам напросился, но наказание должно быть соизмеримо с преступлением, разве нет? А поцелуй был… не настолько неприятным.

Сомнения разрушила подруга:

– Сыпь!"

"– Поля, у меня совесть проснулась, – пожаловалась я. – Может, не надо?

– Сыпь-сыпь, – решительно кивнула готесса. – Во-первых, у меня есть антидот. Так что, если он будет совсем на стены лезть – ты ему поможешь.

– А во-вторых? – тихонько поинтересовалась я, не веря в такую уж полезность Шурика. Скорее он меня просто не прикончит на месте, а дождется, пока я передам ему лекарство, и уж потом объявит полноценную охоту. И вовсе не для того, чтобы дать мне шанс спастись!

Полина вздохнула:

– Во-вторых, эти семена полезны. Чем-то напоминают крапиву или пчелиный яд: так же больно, но в малых дозах… повышают иммунитет, чистят кровь, омолаживают кожу. Так что, когда твой Алекс избавится от покраснения, спина у него будет, как попка младенца, – гладкая, ровная и очень приятная на ощупь.

– Что значит «твой Алекс»? – не поняла я. – Он не мой!

– А целовал так, как будто твой, – невинно протянула Поля.

Я скрипнула зубами и больше не сомневалась. Аккуратно посыпала семенами Шурику плечи, поясницу, потом подумала, оттянула резинку трусов и добавила на попу. Самую малость, чисто для моего морального удовлетворения. Подруга хмыкнула:

– Вот и умничка. Смело, решительно… а теперь прячься.