Спросите, откуда они знали, что мама – ведьма? Да оттуда же, откуда я знала, что покупающая таинственный посох Пустоты (чего это вообще за дрянь такая?!) «эльфийка» на самом деле необъятных размеров бабенция под тридцатник, сотворившая себе суперкостюм из пяти латексных нарядов «женщины-кошки» и прикрепившая для полноты эффекта накладки на кончики ушей. Это было как аксиома, нечто само собой разумеющееся: если брошь стоила дороже фарфорового сервиза на пятнадцать человек, она становилась амулетом. Если палка приобретала резьбу и странное название – это был уже посох. А если владелицу всего этого барахла звали Ядвигой – значит, она была стопроцентной ведьмой. Маша там или Катя – никогда, но Ядвига – точно ведьма."

"Впрочем, я никогда особо не пыталась понять маминых покупателей. Мне так редко удавалось понять ее саму, что на них просто не оставалось времени. Я даже иногда сомневалась, что мы с ней – одна семья. Ну как у такой взбалмошной, сумасбродной ведьмы могла появиться такая дочь? Ответственная до отвращения, пунктуальная, дотошная и очень осторожная. Я помнила, что случается с теми, кто раскрывает людям свою сущность, потому научилась заметать следы маминых преступлений раньше, чем колдовать самостоятельно. Я заучила на память все виды обитающих в наших краях ядовитых растений и насекомых, а еще – составы зелий-противоядий. Я умела заговаривать раны и с каменной физиономией убеждать соседей во всех возможных небылицах. Да, землетрясение было! Ну и что, что о нем не говорили в новостях? Гадкое правительство опять все скрывает от своего народа! Ах, соседние дома не пострадали? Ну извините, это уж как кому повезло. Кстати, здесь я даже не врала: то, что мама выбрала именно эту многоэтажку, не чем иным, как «роком судьбы» назвать было нельзя. Я даже привыкла со временем, смирилась. Не до конца, конечно, потому что мамочкина фантазия умела удивлять, и кое к чему подготовиться было просто нельзя. Но с большинством ее закидонов я справлялась довольно сносно.

Кроме самого последнего – он как раз-таки сразил меня наповал.

Я знала, что уже какое-то время мама встречается с Георгием Соколовым. Очередной смертный был состоятельным вдовцом и жил за городом, в большом трехэтажном поместье. Я даже адрес его хорошо запомнила, потому что однажды пришлось забирать маму из гостеприимного дома едва ли не силой. Сам по себе Георгий был мужчиной видным: немного с сединой, статный, высокий. То есть вопроса, что именно мама в нем нашла, – у меня не возникало. Но вот когда количество их свиданий перевалило за второй десяток, я начала волноваться. И, как оказалось, не напрасно.

В один далеко не прекрасный день мама явилась домой сравнительно рано.