Во времена, когда мобильная связь не могла привидеться даже Жюль Верну, это было нетривиальной задачей. Но какое же счастье, что несколько лет назад от Москвы до Нижнего Новгорода стал действовать телеграф!

Я подошел к окошку с медной табличкой «Прием депеш». За конторкой сидел усатый чиновник в форменном сюртуке с блестящими пуговицами.

— Мне надобно отправить телеграмму, сударь, — обратился я к нему. — Срочную. Во Владимирскую губернию, под Гороховец.

— Извольте, — кивнул чиновник, пододвигая мне специальный бланк и тяжелую чернильницу с гусиным пером. — Пишите адрес и текст.

Разборчиво.

Вот тут и возникла первая сложность. Как отправить телеграмму так, чтобы она дошла не просто в уездный город, а прямо в усадьбу, затерянную в лесах? Я понимал, что телеграфной линии до самого имения, конечно же, нет.

— Скажите, любезный, — спросил я у чиновника, — а можно ли заказать доставку депеши с нарочным? Чтобы прямо в руки, по адресу.

— Можно, — подтвердил он, не отрываясь от своих бумаг. — Называется «с эстафетой». Телеграмма дойдет до ближайшей к месту назначения станции, в вашем случае до Гороховца.

А оттуда на почтовых лошадях ее повезет специальный рассыльный прямо по адресу. Только это, сударь, услуга дорогая!

— Мне главное, чтобы быстро!

Чиновник выдал мне бланк телеграммы для заполнения. Сев за столик для посетителей, я принялся за составление текста. Нужно было написать коротко, но ясно, ведь плата взималась за каждое слово. После недолгого раздумья я вывел:

АДРЕС:

ВЛАДИМИРСКАЯ ГУБЕРНИЯ, ГОРОД ГОРОХОВЕЦ, ПОЧТОВАЯ СТАНЦИЯ. ДАЛЕЕ С ЭСТАФЕТОЙ В ИМЕНИЕ ЛЕВИЦКИХ. ВРУЧИТЬ ГОСПОДИНУ ШНЕЕРСОНУ.

ТЕКСТ ДЕПЕШИ:

ИЗЯ ТЧК РЕКУНОВ ТЧК НЕМЕДЛЕННО ВЫЕЗЖАЙТЕ МОСКВУ ПОЕЗДОМ ТЧК ДЕЛО НЕОТЛОЖНОЕ ЗПТ ЖДУ ГОСТИНИЦЕ БРАТИЩЕВА ТВЕРСКОЙ ТЧК

ТАРАНОВСК

Чиновник пробежал глазами мой текст.

— Так… двадцать одно слово. Плюс подача, плюс бланк. И эстафета до имения… верст, говорите, десять от Гороховца? Это будет, сударь мой, — он пощелкал на счетах, — три рубля семьдесят пять копеек серебром.

Сумма была приличной, но я, не торгуясь, выложил на стойку четыре серебряных рубля.

— Сдачи не нужно, — сказал я. — Только прошу вас, чтобы как можно скорее. Дело не терпит отлагательств.

— Не извольте беспокоиться, — заверил меня чиновник, ставя на бланке штемпель «СРОЧНАЯ».

— Через час ваша депеша уже будет в Гороховце. Ввечеру ваши господа ее получат. Техника, сударь! Прогресс!

Я вышел с почтамта с чувством выполненного долга. Механизм был запущен. Теперь у меня в Москве будут и «мозги» в лице Изи, и «мускулы» в лице Рекунова. А значит, можно переходить к следующему этапу нашего плана — к плотной «работе» с господином Селищевым.

Циничная наглость Селищева взбесила меня.