Но я не могла оставаться в стороне и переживала, словно и сама была ее частью.

Поэтому, как только я увидела в окно, у которого провела всю вторую половину дня, конных всадников у ворот, я стремглав кинулась на улицу. Иллария и Эстебан бросились следом за мной.

— Ну что? — запыхавшись спросила я, когда добралась до конюшен.

Кристиан широко улыбнулся:

— Мы сумели доказать судье, что подпись незаконно поставлена. Через пару дней пройдет суд, на котором должны будем присутствовать мы, Уортеры, и Иветто.

— Молитесь всем богам, госпожа, чтобы удача нас не покинула и суд был справедливым, — сказал лорд.

— Она и так много сделала для нас, не стоит ей еще и тут утруждаться, — ответил ему Крис.

— Ничего, мне не сложно, — улыбнулась примирительно обоим.

— А я буду молиться целыми днями! — сказала Иллария.

— И я! — воскликнул Эстебан.

Отец посмотрел на них ласково, подхватил и посадил на лошадь сначала мальчика, а потом и девочку.

— Ну-ка, прокатимся немного, мои вы праведники, — добродушно заворчал лорд и повел лошадь под уздцы.

Мы остались с Кристианом вдвоем.

— Я должна вам кое-что сказать.

— Я слушаю.

Крис завел лошадь в конюшню, и начал снимать с нее сбрую. Я вошла следом.

— Скоро я должна уехать.

Магиар оторвался от своего занятия и удивленно посмотрел на меня:

— Мы вас чем-то обидели?

— Нет, правда нет. Но у меня есть срочное дело, которое я должна решить. Я должна уехать до крепких морозов.

Взгляд упал на ведро с водой. Тонкой хрустальной пленкой встал на ней первый лед. Он еще хрупкий, но скоро лужи покрываются толстой коркой. Море замерзнет позже, ему требуется больше времени, и к тому моменту я должна уже быть в Тоалании.

— Как мы можем отпустить вас? Дети вас так полюбили.

— И я их тоже. Но иначе не могу.

Кристиан смотрел на меня внимательно, словно пытался что-то увидеть внутри. Может искал какую-то слабину, которая заставит меня остаться.

— Это действительно нельзя отложить?

— Если бы я могла, то осталась.

— Что ж… я не могу вас удерживать, как бы не хотелось. Вы уже определились, когда уедете?

— Еще нет. Думаю, примерно через неделю.

Крис кивнул.

— Мы дадим вам хорошую сумму с собой.

Я удивилась:

— Вы платили мне жалованье, вы ничего не должны…

— Должны. Только благодаря вам удалось вернуть отца, а скоро вернем и земли. Мы обязаны вам слишком многим. Не отказывайтесь от нашей искренней благодарности.

Глаза защипало. Как же я не хотела отсюда уезжать…

— Только не говорите ничего пока детям. Я хочу сама им сообщить.

— Я бы не посмел.

Я направилась к выходу из конюшни, когда Кристиан меня окликнул. Я обернулась.

— Дети будут очень по вам скучать. Они будут расстроены, что вы уезжаете.

Я отвернулась, толкнула дверь.

— И я буду расстроен, — послышалось за спиной, когда я уже выходила.