И с ментами. Снова заковал ментов в наручники, только теперь я к ним присовокупил и комитетчиков — славный получился хоровод. Подумал, не присоединить ли к ним и директора с администратором — но передумал. Пусть себе трясутся у стены и в дальнейшем, противники они для меня никакие. Хотя…лучше спиной к ним не поворачиваться. Мало ли…

— Ну что, поговорим? — предложил, оглядывая поле битвы.

— Да пошел ты! — зло ответил громила, очнувшийся на удивление быстро и попытался лягнуть меня в колено.

— Ой-ей… — укоризненно помотал я головой — видно мало я тебя приложил. Крепок! Ты спортом профессионально не занимался?

— У нас в стране нет профессионального спорта! — резонно заметил громила, сразу как-то успокаиваясь — ты ответишь за свои действия!

— Все мы ответим — кто перед богом, кто перед дьяволом — вздохнул я, и без замаха двинул носком ботинка в бок тому, кого посчитал старшим.

— Кто вам приказал следить за нами? Кто приказал похитить генерала?

— Ты ответишь! — тяжело дыша и морщась сообщил старший."

"— Отвечу — согласился я, и снова врезал в то же самое место. Хрустнуло, глаза мужчины закатились, он побледнел.

— Ты ребро мне сломал! — простонал он.

— Нет, неправда! Скорее всего — два ребра. Но у тебя их много. Сейчас я сломаю тебе еще штук шесть. Потом начну ломать пальцы. Если ты и это выдержишь, тогда я начну стрелять тебе в колени. В конце концов, ты все равно мне расскажешь, но при этом останешься инвалидом на жалкой пенсии. В Конторе все равно не поймут, как это больно, и что вытерпеть такое было нельзя. Они тебя выкинут за разглашение государственной тайны на пенсию по инвалидности — обычную пенсию, общегосударственную, и ты станешь тихо спиваться сидя в своей коммуналке. Жена от тебя уйдет, дети будут тобой брезговать, и скоро ты помрешь в нищете и болезни.

— Тварь ты! Фашистская мразь! — с болью в голосе ответил старший.

— Нет, я профессионал — снова вздохнул я — Ничего личного. Вы служите антигосударственным силам. Вас используют втемную. Обещаю, если вы послушаетесь меня, расскажете все, как есть — я доложу наверх, что вы отказались исполнять преступные приказы местного руководства. Послушай меня, майор — вашему здешнему преступному гнезду пришел конец. Сотрудничай, и тебе зачтется. Кто тебя сюда послал? Кто приказал тебе следить за мной? Ведь ты же знаешь, кто я такой. Неужели на самом деле считаешь меня врагом? Фашистской мразью?

Молчание. Сопят с угрюмыми рожами. Затем, старший:

— Мне отдал приказ мой непосредственный начальник. Я исполняю. Что я должен был делать? Сказать, что отказываюсь исполнять приказы? Вы сами-то понимаете, что говорите? Мне все равно — кто вы, и что вы. Мне сказано, что вы агент зарубежных спецслужб, и что нужно установить наблюдение за вами.