— Семью вспомнил? — тихо спросил наблюдательный Аносов."

"— Да… — сказал-каркнул я сразу пересохшим горлом — Я бы все отдал, лишь бы они были со мной. Все равно где — здесь, или там…

— А ты можешь уйти…туда? — тихо спросил Аносов, почему-то оглянувшись по сторонам.

— Пока что — нет — так же тихо ответил я — Меня отталкивает от места перехода. Так отталкивает, что я теряю сознание. Болит голова, накатывает. Я когда Зину и Настю туда отправлял, сознание потерял — пришлось подойти близко к порталу. А мне было нельзя. Так что не доберусь я до семьи… Ладно, давай не будем об этом.

Тем более — здесь. Все-таки государственная тайна.

— Подожди…один вопрос. Ты сказал — пока что. Это что значит? Что может наступить момент, когда сможешь?

— Возможно — кивнул я — когда исполню то, что мне предназначено. Только не спрашивай, что именно предназначено — я не знаю. Чувствую, когда поступаю правильно. И чувствую, если собираюсь пойти неправильной дорогой. Будто кто-то наверху дергает за ниточки и направляет меня туда, куда нужно. Вот так, друг мой…

— Мне жаль тебя…и я тебе не завидую. Ты известный писатель, богач, тебя любят женщины и ценит власть.

Но ты настолько несвободен, насколько может быть несвободен…

— Раб? — закончил я за Аносова и криво усмехнулся — Ну что же…все мы…рабы божьи. А исполняю предназначение, и Провидение мне за то платит. Здоровьем, силой, богатством. Начну чудить, уйду с правильной дороги…скорее всего меня просто не будет. Я случайно погибну. Ну…мне так кажется. Есть у меня такое чувство. Но…разве ты полностью свободен? Свобода — это иллюзия. Нет абсолютно свободных людей.

Мы замолчали, и еще долго сидели, поглядывая на море, на гуляющих людей, на светлячков, которые как волшебные феи кружились в воздухе между магнолиями.

Было грустно и хорошо. Ощущение безвременья и покоя…

Спал я как убитый, ничего не снилось. Утром сходили в кафешку (ресторан был закрыт, рано), позавтракали — я ел как будто месяц голодал, Аносов съел яйцо под майонезом и запил его чаем, с недоверием и некоторым отвращением наблюдая, как я пожираю огромную порцию гуляша, заедая пирожками с рисом и яйцами. Вчера он под конец вечера с расстройства выпил грамм триста армянского коньяка, и теперь был слегка с похмелья, что не способствовало хорошему аппетиту.

Когда долго обходишься без спиртного, организм отвыкает и для того, чтобы опьянеть, а потом получить хорошенькое похмелье, нужны гораздо меньшие объемы спиртного, чем если бы ты каждый день потреблял понемногу. По себе это знаю.

В кафе, где заведующей работала Берта Бородкина, она же Железная Белла, мы отправились после завтрака. Можно было бы поесть и там, но…почему-то не хотелось.