Хочешь сказать, что ты не мечтала обо мне? Может быть ты мастурбировала? Потому что твои трусики чертовски мокрые… Маленькая, испорченная девочка, я уверен, что ты игралась, — сказал засранец, облизнув губы, увидев меня в чулках.

У меня было достаточно времени, чтобы оттолкнуть его, дать пощёчину и выбежать отсюда, но моё тело требовало его: его рук, члена и языка. Боже, я хотела Итана. По животному, дико хотела. И если разум ещё пытался уберечь меня от смерча под названием «Фэлл», который уничтожит все на своём пути, то тело уже давно меня передало и плавилось, как воск, под его прикосновениями и взглядом.

Заметив моё замешательство, Итан смотрел на меня с насмешкой и удивлением одновременно. И в один момент длинный палец резко скользнул под тонкое кружево, я почувствовала, как он ласкает клитор перед тем, как проникнуть в мeня. От накатывающего удовольствия я прикусила губу, стараясь сдержать стон. Безуспешно. Глаза Итана были закрыты, губы сжаты в тонкую линию. Казалось, что он тоже ведёт какую-то внутреннюю борьбу с самим собой, и, по всей видимости, мы проигрывали оба.

— Черт, девочка, да ты течешь, — открыв глаза, прорычал он. — Я просто не могу бросить тебя в таком состоянии и теперь обязан попробовать твою киску.

Не отрывая от меня взгляда, он вытащил из меня свой палец, поднес к губам и облизал. На его лице читалась ярость, и было заметно, что все его тело дрожало. Покосившись вниз, я заметила внушительных размеров выпуклость на его брюках в области паха. Боже, да он хотел меня так же, как и я его. Мы оба сгорали в агонии страсти и желании обладать друг другом здесь и сейчас. Я хотела его, хотела почувствовать его животную похоть, хотела, чтобы его член наполнил меня…

Передо мной стоял мужчина, который привык брать и получать то, чего он желает. А сейчас, по всем признакам, он больше всего на свете хотел меня. И это, ох, как отображалось на моей самооценке, и данное умозаключение было безумно приятно осознавать.

— Теперь я понимаю, почему мой дорогой папочка столько лет держал тебя возле себя, — сказал он практически шёпотом. — Ты такая сладкая, что от этой сладости невозможно отказаться. А оң у нас сладкоежка. Как и я…

И тут меня как будто окатило ледяной волной. Не думая о последствиях, я резко согнула ногу в колено и ударила этого самодовольного придурка меҗду ног. Его лицо приoбрело багровый оттенок, и, согнувшись пополам, он прорычал:

— Сука-а-а-а-а!!!!!"

"Развернувшись, даже ңе опустив на место платье, я выбежала за дверь, молясь о том, чтобы не наткнуться ни на кого в коридоре. Забежала в свой кабинет, закрыла за собой дверь на ключ, и, упав на диван, дала волю эмоциям. Слёзы беспощадно топили мои глаза. Я не понимала, как допустила все это.