— Хорошо, не буду портить больше твою одежду! — капитулирую, не в силах бороться с этой актрисой. Головка члена болезненно пульсирует. Она чмокает меня в щеку и убегает, чтобы одеться. Маленькая хитрюшка.

Запускаю палец в ее мороженое и оставляю там сюрприз.

Алёна возвращается в моей футболке, забирая банку с мороженым усаживаясь ко мне на колени.

— У меня такой звериный аппетит. Мне кажется, я все съем и не замечу. — активно работая уже ложкой, она быстро уничтожает мороженое, не замечая моей улыбки. Наконец, она замирает и со смешным выражением лица поворачивается ко мне. После чего выплевывает на ладонь кольцо. Долго рассматривает его, крутит на ладони, не веря своим глазам.

Я беру его, закидываю себе в рот, обсасываю, чтобы очистить от мороженого и надеваю ей на палец ртом. Все это время она молчит, широко распахнув глаза и рассматривая руку. Прямо как в детстве, когда ей было пять и она залазила мне на руки.

— Его изготавливали несколько дольше, чем я планировал. — кольцо для малышки должно было быть особенным. Я всегда дарил ей украшение в форме аленького цветочка. Поэтому кольцо не должно было стать исключением. Его дизайн мне нарисовали в Париже еще несколько лет назад, сделал заказ интуитивно, просто повинуясь необъяснимому желанию. Труднее было его наполнить. Лепестки кольца были изготовлены из цветных, чистейших бриллиантов. Ювелир никак не мог найти красный бриллиант, самый редкий в мире. И недавно на аукционе в Будапеште за несколько миллионов долларов, его купили для меня. Теперь, это было самое дорогое кольцо в мире.

— Оно…оно… — Алёна не находит слов, по ее щекам текут слезы и она прикусывает губу.

— Оно символизирует нашу любовь. Белый бриллиант олицетворяет чистоту и силу наших чувств; черный — мою темноту и твою власть над ней, розовый — что все у нас будет хорошо; красный — что мы прошли через многое, через кровь и боль, и все равно вместе.

— А желтый?

— То, что ты цыплёночек. — усмехаюсь и целую ее, слизывая слезинки с пухлых губ. — Мы сыграем Свадьбу прямо на берегу океана. К концу недели установят шатры и прочие мелочи для празднования. Гости приедут в субботу.

— Уже? А ты…ну… не хочешь спросить меня, согласна ли я выйти за тебя? Встать на одно колено… — она встаёт и с недоумением смотрит на меня. Я поджимаю губы, чтобы сдержать улыбку и отрицательно качаю головой. Мне нравится ее злость. Сейчас она Будет недовольна, что я решил все без неё.

— Я так решил. Ты будешь моей женой. — Алёна гневно открывает рот и затем закрывает его, снимает кольцо с пальца и кладёт на стол. При этом ноздри на ее маленьком носике активно раздуваются.

— А я вот не хочу быть женой самовлюбленного эгоиста.

Мне не стоит труда скинуть со стола все тарелки и чашки на пол, чтобы освободить место.