— Ты первая, — я жестом указал на образовавшийся проход.

— Уверен? — она с сомнением посмотрела на песчаные стены.

— Если что-то пойдёт не так, я смогу быстрее укрепить стены.

Логика была железной, и Кира начала продвигаться вперёд. Я следовал за ней, каждую секунду ощущая, как давят тонны песка над головой. Фортификатор работал на пределе — я чувствовал, как внутренняя энергия утекает, словно вода сквозь пальцы.

Туннель получался узким, едва достаточным чтобы ползти на четвереньках. Каждое движение приходилось рассчитывать — малейший неверный толчок мог нарушить хрупкое равновесие песчаных стен.

Мы продвигались словно кроты, только вместо рытья я буквально плавил песок, превращая его в подобие стеклянных труб.

— Как ты там? — шёпот Киры эхом отразился от укреплённых стен.

— Держусь, — выдохнул я, чувствуя, как пот заливает глаза. — Просто… двигайся плавно."

"Каждый метр давался всё труднее. Энергия таяла, и я начал замечать, как стены местами теряют прочность — песчинки начинали осыпаться там, где моих сил уже не хватало для полного укрепления.

Время растянулось, превратив каждую минуту в маленькую вечность.

Тесное пространство давило не только физически — оно словно сжимало сознание, заставляя бороться с нарастающей паникой. Воздух становился всё более спёртым, каждый вдох давался с трудом.

— Стой! — я схватил Киру за ногу, заметив, как потолок туннеля впереди начал прогибаться.

Несколько секунд пришлось потратить на укрепление опасного участка. Руки дрожали от напряжения — физического и энергетического. Где-то на самом дне резерва оставались последние крупицы силы, и их нужно было растянуть на весь путь наверх.

Двадцать минут превратились в пытку. Каждое движение могло стать последним — я почти физически ощущал, как многотонная масса песка давит сверху, ища малейшую слабину в моей защите. Тридцать минут растянулись в бесконечность, наполненную хрустом песчинок и тяжёлым дыханием.

— Кажется… — голос Киры дрожал от напряжения, — кажется, я вижу свет!

Действительно, впереди забрезжило слабое сияние. Но именно сейчас нельзя было терять концентрацию — последние сантиметры часто становятся роковыми именно из-за преждевременного облегчения.

Мои руки тряслись от истощения, когда я укреплял последний участок туннеля. Внутренняя энергия практически иссякла — ещё немного, и Фортификатор просто перестал бы работать. Песчаные стены местами уже начали осыпаться, создавая зловещий шорох.

Кира осторожно, по миллиметру раздвигала последний слой песка. Каждое её движение отзывалось во мне волной тревоги — сейчас, когда сил почти не осталось, любая ошибка могла стать фатальной.

И вот наконец яркий солнечный свет ворвался в наш туннель.