Человек, из-за которого Ронна Торнберн когда-то убила сына мельника и подставила лучшую подругу. Обрекла ее на участь, худшую, чем смерть.

Трент Хаксли.

Он пригласил Теали на танец.

Глава 14

Ты совсем не изменился, Трент. И в то же время стал совсем другим человеком.

У тебя все те же голубые глаза с легким налетом добродушной задумчивости. Но теперь в самой их глубине тонет горечь и усталость, а вокруг собрались легкие морщинки. И складка между бровями глубокая, часто хмуришься?

Как сказать тебе хоть слово? Как улыбаться с прохладной вежливостью, принимая приглашение на танец, когда хочется или убежать на другой конец света, или упасть и рыдать, биться об пол от боли?

Ты не узнаешь, еще бы.

Столько лет прошло. Лицо изменилось почти до неузнаваемости, рост, фигура. Даже голос стал другим — частые простуды от вечной сырости и холода превратили веселые колокольчики в интригующую усталую хрипотцу. Многие мужчины находят ее необычайно привлекательной в женском голосе — странные. Знали бы они, какой ценой досталась эта «загадочная тональность», будь она неладна.

Хорошо, что руки в перчатках. Дрожь в пальцах не так бросается в глаза, даже, наверное, не чувствуется, ведь королевский прокурор на балу тоже одет по всем правилам этикета и тоже не хватается за дам голыми руками.

Так, наверное, можно и потанцевать. Главное — не умереть в процессе.

Теали собрала все силы и улыбнулась кавалеру:

— Вы хорошо ведете, господин Хаксли. Приятно с вами танцевать.

— Вы мне льстите, госпожа. Я уж и не вспомню, когда последний раз выходил на паркет. — Трент чуть улыбнулся уголками губ, и ей пришлось задержать дыхание, чтобы не закричать. Так знакомо, так больно.

— Могу я полюбопытствовать, отчего так? Я уверена, очень многие были бы польщены получить ваше приглашение. — Да, самая страшная тюрьма континента научила многому, и выдержке прежде всего. Только почему так тошно?

— Это страшная тайна, госпожа Ильбер-Байан, но вам, мне кажется, я могу довериться. Все дело в том, что моя супруга весьма ревнива.

Трент говорил с улыбкой и вроде бы шутил, но Теали отчетливо поняла, что это не шутка и что в семье ее бывшего жениха все не так безоблачно, как представляется со стороны. Головокружительная карьера не дала личного счастья, да и тот факт, что Ронна сохранила девичью фамилию и теперь носит двойную, говорил о многом.

— Ее можно понять, господин королевский прокурор. Ее можно понять. Будь у меня такой муж, как вы, я тоже ревновала бы его к каждому столбу.

— Я рад, что вы нас посетите, госпожа. — Трент поспешно сменил тему — и правильно сделал. Гадко все же, что даже его она вынуждена провоцировать. Даже ему лгать. — Кстати. У меня есть старые карты земель, покупкой которых вы интересовались.