Он смотрел, как она поднимается по широким ступеням крыльца.

В дверь она вошла, не обернувшись.

Он достал сигареты и долго хлопал по карманам в поисках зажигалки, не замечая, что держит её в руке.

* * *«Сходняк» заканчивался.

Катышев негодовал:

— Приезжаю я вчера с проверкой в ИВС. Захожу. Один боец, который мне дверь открывал, выглядит нормально. А второй просто лыка не вяжет. Если от него стенку убрать — упадёт. Спрашиваю, в чём дело. И что, вы думаете, он мне отвечает? «Я, — говорит, — товарищ подполковник, вчера с другом так нажрался, так нажрался, что на службу едва сумел приползти. Всю ночь блевал, но так и не полегчало. Думал, пивом спасусь, — ещё хуже стало». Стоит и лыбится! Вы можете себе это представить?

Представить, да и увидеть, можно было и не такое, но желающих развить щекотливую тему не нашлось.

Бешеный Бык обвёл взглядом присутствующих, в списке личного состава отметил галочками двух оперов, которые по каким-то причинам не подошли до сих пор, и традиционно поинтересовался, нет ли вопросов.

— Есть! Про «тринадцатую» ничего не слышно?

ББ нахмурился:

— Я ведь уже говорил в понедельник — раньше лета не стоит и ждать. Декабрьскую зарплату, кстати, тоже задержат. Но к Новому году обещали дать. Может быть, без «пайковых».

— К старому Новому году?

— Все свободны! Волгин и Акулов, останьтесь.

Кабинет опустел быстро.

— Ну. — Катышев сжал кулаки и навалился грудью на стол. — Рассказывайте, что вчера было. В прокуратуре и вечером. По телефону я не очень-то понял.

Волгин рассказал обстоятельно. Некоторые диалоги передал в лицах. Катышев сочувствующе кивал. В некоторых местах осуждающе цокал языком или возмущённо потряхивал головой. Последнее движение могло бы вызвать ассоциации с рассерженной лошадью, будь Катышев не так коротко стрижен и не столь круглолиц. Своё мнение в устной форме он выразил короткой, но исключительно ёмкой матерной фразой. Потом, мгновенно успокоившись, перешёл к делу:

— Михаила вчера освободили.

— Мы это знаем, Василич."

"— Как я и обещал, за ним присмотрят. Пока что удалось договориться только на три дня, но если очень потребуется, я думаю, мы сможем «продлиться». Мне звонили перед разводом — пока что он из дома не выходил. Я дал ребятам ваши координаты, так что, если возникнет горячая ситуация, они с вами свяжутся. А ты, Серёга, запиши телефон ихнего старшего…

— У меня есть этот номер, Василич.

— Хозяин — барин. Знаешь, я всё думаю: а может, вы напрасно этого Лап-сер-как-его-там отпустили?

— Никуда он не денется. Когда понадобится — прибежит, не успеем и крикнуть.

— Ну, смотрите…

В коридоре стояла Лаки.

Вокруг неё увивался Сазонов.