Три корабля окажутся на орбите. Три корабля взмоют в небо. Экипажа — три человека на каждый десантный бот. Все трое — тоже часть группы десанта. Но они и не нужны, по-хорошему, ведь управлять кораблями будет Афина. И Арес будет ей помогать…

— Смирно! — рявкнул командир учебной группы, и я вместе с другими лидерами посмотрел на три тысячи прошедших отбор бойцов. Мы научили их всему, они — лучшие из лучших. Но даже из них надо будет отобрать лишь малую часть.

Они стояли в боевых костюмах последнего поколения, с оружием на поясе, с шлемом на голове.

— Офицеры! Солдаты! Близится день, когда оружие в ваших руках станет той самой преградой, пройти которую ни одному врагу не суждено. — слово взял мой собрат, Денис Коваль, руководивший подготовкой этих людей большую часть времени. — Пятьсот семьдесят шесть человек из почти трёх тысяч героев гарантированно отправятся на смерть. Наша цель — уничтожение вражеского корабля. Вы все получили нужные знания и подготовку. Вы знаете их коридоры, подобные лабиринту, наизусть и сможете пройти закрытыми глазами. Но так ли много из вас тех, кто готов умереть?

— Бойцы! Поднимите руки, если вы готовы отправиться в ад! — прокричал ещё один мой собрал, Су Лин, глава Маньджурской фракции Китая.

Руки всех и каждого резко взмыли вверх, и ни один даже на секунду не задумался.

— А теперь все те, кто младше сорока, — опустить руки! — начался отсев, и дрогнули, медленно опускаясь, первые ладони.

— Давайте-давайте. Не стесняемся. Всё равно на каждого досье есть.

— Сэр! — один из моих людей, афроамериканец Джошуа, которого я хорошо знал по освобождению Майами, остался стоять с поднятой рукой.

— Да? — отозвался я, понимая, в чём суть его проблемы.

— А если сорок мне исполнится через десять дней?

— Опускай руку, Джошуа. Для таких, как ты, смертельно опасную работёнку мы и тут найдём. Все, кому ещё не исполнилось сорок лет, — опускаем руку.

Ещё два десятка рук опустилось вниз.

— У кого есть несовершеннолетние дети — опустите руку. — Су Лин отдал приказ, и переводчик в шлеме донёс до каждого его слова.

Список кандидатов продолжал сокращаться.

— Женщины… Прошу прощения за мой шовинизм… — генерал Жирард посмотрел на всех тех, кто собирался отправиться в космос, и так по-европейски извинился, но при этом остался джентльменом. — Вы тоже можете опустить руки. В вашем профессионализме я не сомневаюсь, но вы нам понадобитесь и здесь.

Наташа, стоящая в первом ряду, продолжала стоять с поднятой рукой.

Я переключился на её личный канал связи…

— Наташа, все тебя ждут. Опусти руку.

— Нет!

— Это приказ. Или я исключу тебя из программы и отправлю на Водный Мир одну. — угроза отправить её в подводные защищённые колонии сработала, и она медленно опустила сжатый и трясущийся от ярости кулак вниз.