Он выдумал глобальный заговор и дал ему имя?

— Да если бы глобальный, — сказал Вася. — Я бы тогда не дергался. Тёмкин бьется об заклад, мол есть только один кукловод, вполне конкретный, назовем его Мориарти, — умная и влиятельная сволочь, — который решает свою узкую задачу. Нам ее не разглядеть, настолько она частная и так легко теряется во всем этом многоходовом бардаке.

— Кукловод, — повторил Леха.

— Я против такой примитивной версии, — сказал Вася. — А то страшно. Когда у всех своя выгода, каждый тянет одеяло на себя, никто ничего не понимает, и кругом полная неразбериха, это мне привычно. Мы с этим дома постоянно работаем. Да ты сам поучаствовал... Но когда в такую кашу ныряет Мориарти и начинает внутри нее под шумок обделывать свои делишки... Его же не достать оттуда. А если он всю кашу заварил с самого начала? Ты представь, какие у него должны быть ресурсы.

— Насколько помню, Мориарти — вор, — произнес Смит задумчиво. — Ваш друг... Выбрал имя, опираясь на этот контекст? Я просто хотел сказать — значит, с его точки зрения, комбинация выстроена, чтобы украсть нечто ценное. Вы бы уточнили, что он имел в виду.

Леха опустил глаза и сжал кулаки.

«Не время сейчас для откровений, — уговаривал он себя. — И не место. И не та компания. Сначала надо обсудить это с тем же Тёмкиным».

— Теперь еще и вы меня пугаете, спасибо большое! — Вася отвесил Смиту шутовской поклон.

— Привыкай бояться, — посоветовал Леха. — Я готов поддержать Тёмкина. Встретил тут одну замечательную женщину, которая того же мнения. А она знает очень много. Потом сядем, расскажу.

— Красивая хоть? — спросил Вася тоскливо.

— Да, — сказал Леха.

Очень вовремя его хлопнули по плечу. Рядом стоял Ломакин.

— Ну пойдем, — бросил пилот самым будничным тоном.

— А что, уже все?

Ломакин кивнул.

Внутренне сжавшись, Леха выглянул из-за джипа. Ломакин осторожно подвинул его, и Леха отметил: не один я весь напряжен.

На парковке стояло... Стояло... Стояла!

— Приемлемо, а? — спросил Ломакин."

"Там стояла копна, грандиозная пушистая копна проводов, из которой торчал вперед «блин» со смайлом, по сторонам от него — чуть задранные вверх стволы пушек, сзади антенна с пляшущими человечками, и снизу едва заметные стальные лапы.

— Так вот ты какая, Йоба! — выпалил Леха. — Олег Иванович, это же настоящая Йоба, а не та каракатица!

— Не кричи. Мы в курсе местного культа. Если это Йоба, тогда здесь всех мужчин надо пускать в расход.

— Кроме меня.

— А ты что, опять?..

— Что — опять?

— Невесту себе нашел в Африке, что.

— Сама нашлась. Йоба моя невеста, — сказал Леха жестко. — Та, которая с восьмидюймовой пушкой. Не спрашивайте, там все очешуеть как сложно. С крокодилом проще было.

— Так может, тебе не надо в город? — озабоченно спросил Ломакин. — А то вдруг... поженят вас.