— Погоди, дай закончу мысль, потом смейся. В Абудже ритуальное заклание... Очень в тренде. Тут под горой лежат останки двадцати одного сотрудника Института. Всех принесли в жертву. Не в переносном смысле, а буквально, раскроили черепа и бросили в пропасть. Поэтому Институт не отстал от жизни, он держит руку на пульсе современности. Прости мне черный юмор, но если я не буду шутить, то буду пить, чтобы не бояться... Сейчас любой, кто собрался в Абуджу, должен первым делом задуматься, почему его заманивают сюда.

Элис нахмурилась.

— А что до старых фокусов — знаешь, я своими глазами видел такую гнусную сценарную заявку.

.. Тебя бы стошнило. Ее написали два года назад, когда в Абудже шло самое рубилово. Тогда фокусника придержали за руку. Наверное потому что ООН еще колебалась. Сейчас она не колеблется, но ей нужна мощная поддержка в масс-медиа. Ты сама говоришь, Организация убивает одним росчерком пера целую индустрию и попутно делает больно Америке. Значит, реклама этого решения должна быть такой убедительной, чтобы ни одно национальное правительство даже не вякнуло против отказа от частных армий. И я тебе говорю, реквизит для фокуса ждет, когда его пустят в дело. Ждет новостного повода. Самый лучший повод — гибель в «варзоне Абуджа» кого-то вроде тебя. И сразу все заготовки пойдут в раскрутку. Так я вижу ситуацию в целом. А комиссар Дебанги... Если бы я режиссировал этот спектакль, Дебанги ничего бы не знал о твоей роли. Да ему и наплевать. Даже если он что-то подозревает. У него свои проблемы, он торопится, ему надо осваивать бюджет. Поднимать Африку с колен, мать ее.

— Допустим, я на секундочку поверю... — мягко начала Элис.

— Тогда поверь, что у варзоны осталась максимум одна полная зарядка! Не спрашивай, откуда знаю.

Если сейчас начать, как ты это назвала, обстукивать укрепрайон по периметру, зона сдохнет через пару недель.

— Нереально. Время, — отрезала Элис.

И будто вторя ей, в рюкзаке запищал тональным сигналом воки-токи."

"— Надо же, как совпало, — она взяла со стола планшет. — Если бы ты режиссировал этот спектакль... А? Драматургия!

— Погоди, ты куда, я же главного не сказал... — беспомощно залопотал Леха.

— Куда... Фильтры ставим — и вперед, к победе. А у тебя, извини, что ни слово, то главное.

Толстоевский!

— Фильтры... Почему так скоро?

— Комиссар торопится, — напомнила Элис. — И я тоже. Мне в Африке еще вчера надоело. Слишком пыльно тут у вас. И мужики с прибабахом.

— Ох, черт, ну дождись хотя бы полнолуния! В полнолуние Йоба выползет сюда, в дендрарий, под самую гору!

— Да не боюсь я твоей Йобы, — отмахнулась Элис, вставая. — Пока она перезарядится, «Всадник» на крейсерской скорости пройдет метров триста. А на рывке все пятьсот. Чего смотришь? Угадала?

— А первый выстрел тебя не волнует?

— Не попадет.