Но Игнат все же добрался до коллектора. А там тоже узко. И жуткая вонь. На стенках густой налет нечистот. Но делать нечего, придется лезть в эту клоаку.

Игнат полз на животе, толкая перед собой пакет с одеждой. Чтобы не мешала свеча, ее пришлось потушить и сунуть в карман. Так что ползти приходилось в кромешной темноте, рискуя нарваться на решетчатую перегородку. Если это случится, придется поворачивать назад. Игнат с замиранием сердца представлял себе, как будет ползти в обратном направлении. Развернуться он не сможет – не хватает пространства, а раз так, то придется пятиться задом...

Но никаких решетчатых перегородок на пути ему не попадалось. Даже выход в вертикальную шахту канализационного колодца был свободен.

Игнат выбрался в стояк, зажег свечу. Робкий свет с трудом выхватил из темноты скобу лестницы, которая вела наверх.

Выход на свободу перекрывал чугунный металлический люк. Но разве ж это преграда? Игнат с легкостью сорвал крышку, выбрался наружу и полной грудью вдохнул сырой холодный воздух улицы. Кайф! Ему приходилось бывать на тропических островах, наслаждаться теплым освежающим бризом. Но даже тогда он не испытывал и сотой доли того удовольствия, которое испытал сейчас.

Игнат осмотрелся по сторонам. Увидел большое мрачное здание. Еще одно. Забор. Вокруг никого. Но из-за забора доносится шум проезжающих машин. Игнат сбросил в канализационную шахту старую одежду, переоделся в чистое. Но все равно остался грязным. Про запах и говорить нечего – не зря же он «работал» чистильщиком канализационного коллектора.

Он вернул люк на место. И двинулся к забору. Перебрался через него. Спрыгнул на тротуар, пересек газон и вышел на обочину дороги. Никто не пытался его остановить. Не было никакого ОМОНа. И Нахальцева тоже не наблюдалось. Неужели повезло?"

"Игнат остановил такси, просунулся в салон, но мужик вдруг резко ударил по газам. Видимо, решил, что будет лучше, если он избавится от подозрительного пассажира. И ему плевать, что Игнат мог серьезно пострадать. Если бы не сноровка, его бы ударило дверной стойкой, вышвырнуло бы на улицу. Но он успел заскочить в машину.

– Ты чо, мужик, охренел! – взревел он.

Он поднял руку с крепко сжатым кулаком. Но бить водилу не торопился.

– А-а, извини, сам не знаю, что на меня нашло, – испуганно заскулил мужик.

Он догадывался, что у пассажира хватит сил размазать его по сиденью. А инвалидность ему ни к чему.

– Ты за дорогой следи, да! – опустил руку Игнат.

Он не стал называть свой домашний адрес. Велел ехать на улицу в пяти минутах от своего особняка. Пока его не хватились, он может погостить у себя дома.

– А ты откуда такой? – робко спросил мужик.

– Откуда, откуда. Квартиру продал, совесть пропил. Живу теперь как могу...

– Да ладно, на бомжа ты не похож...