Сплошная масса вражеских воинов передо мной начала стремительно редеть. Веннонеты, отступая, ломанулись к противоположному флангу. С той стороны на них напали конные сагиттарии, надавили — и началось паническое бегство. По долине мчалось стадо обезумевших от страха людей. Их догоняли и убивали всадники. Я тоже погнался, но не колол, а бил плашмя, заставляя упасть. Если у этих придурков хватит ума полежать неподвижно, пока все закончится, останутся живы, приобщатся к римскому миру и их потомки станут итальянцами. Если нет, произойдет естественный отбор.

Глава 66

В Рим я вернулся в середине декабря в компании Тиберия Клавдия Нерона и Децима Клавдия Друза.

В Альпах уже лежит снег, перевалы до весны не пройдешь, так что можно отдохнуть. Лучше это делать в столице. С младшим братом мы теперь не то, чтобы друзья, но относится ко мне с искренним уважением. Предполагаю, что мечтает стать великим полководцем, а я показал, как надо добиваться этого, даже когда у тебя в разы меньше воинов, чем у противника. В придачу его впечатлило, что я лично участвовал в боях, а не руководил издали, как это принято у нынешних римских военачальников. Типа похож на тех, что были раньше, былинных. Нет пророка среди современников.

В Рим въехали через Фламиниевы ворота. Они сейчас намного скромнее, абсолютно не похожи на те, которые мне, туристу, показывали в двухтысячном году. Дурят нашего брата. Многочисленная охрана заметила нас издали, расчистила проход и поприветствовала восторженно. Здесь уже знали о блистательных победах легата Августа пропретора Тиберия Клавдия Нерона над веннонетами. На улицах прохожие расступались и тоже орали добрые пожелания.

Получилось что-то вроде малюсенького триумфа.

Возле Палатина я попрощался с попутчиками, свернул в свой переулок. Раб, открывший ворота и убедившийся, что это именно я, а не какой-то самозванец, имитирующий мой голос, заорал, что вернулся господин, встречайте. Домус был полон баб — клиенток Флавии. Это римский вариант эмансипации: жена зарабатывает не меньше подачек, чем муж. Они все дружно и восхищенно ахнули, увидев вернувшегося из похода воина, грязного и вонявшего лошадью. У Флавии случилась очередная минута славы. Она с неприсущей ранее театральностью повисла на моей шее и всплакнула.

Клиентки тут же разбежались по своим норам в инсулах, чтобы подробнейше рассказать об этом эпизоде всем, кто подвернется под руку. Это же так эмоционально и красиво: жена встречает мужа-победителя! К тому же, я сообщил, что прибыл в свите Тиберия Клавдия Нерона, под командованием которого доблестно побеждал горцев. О том, что легат Августа пропретор не покидал пределы каструма в Комуме и видел только пленных веннонетов, никому даже в голову не приходило.