«Мне предстоит долгий скучный вечер», – подумал он.

Когда Флоренс Шайфер услышала об этом, она была вне себя от восторга:

– Президент послал своего советника по иностранным делам? Значит, ты примешь его предложение?

– Ничего подобного, Флоренс. Я просто пообещала президенту, что поговорю с ним. Вот и все.

Флоренс обняла Мэри.

– Поступай как угодно, лишь бы тебе было хорошо.

– Я знаю.

Стэнтон Роджерс – выдающийся человек, решила Мэри. Она видела его в передаче «Встреча с прессой» и на фотографиях в журнале «Тайм». Про себя она подумала: «Он в жизни гораздо крупнее». Разговаривал он вежливо, но как бы издалека:

– Позвольте мне снова передать вам самые глубокие соболезнования в связи с этой ужасной трагедией, миссис Эшли.

– Спасибо.

Она представила ему Тима и Бет. Они разговаривали на общие темы, пока Люсинда готовила ужин.

Когда Мэри сообщила Люсинде, что у них в гостях будет Стэнтон Роджерс и надо приготовить тушеное мясо, Люсинда ответила:

– Такие люди, как Стэнтон Роджерс, не едят тушеное мясо.

– Вот как? А что же они едят?

– Они предпочитают французскую кухню.

– А мы приготовим тушеное мясо.

– Как хочешь, – сказала Люсинда. – Но ему это не понравится.

Вместе с тушеным мясом она подала вареный картофель, свежие овощи и салат. На десерт испекла тыквенный пирог. Стэнтон Роджерс съел все, что лежало на его тарелке.

Во время ужина они говорили о проблемах фермеров-животноводов.

– Фермеры на Среднем Западе находятся в тисках низких закупочных цен и перепроизводства, – горячо сказала Мэри. – Хотя они и страдают, но не собираются идти с протянутой рукой.

Они говорили об истории Джанкшн-Сити, и наконец Стэнтон Роджерс завел речь про Румынию:

– Как вы относитесь к правительству президента Ионеску?

– В Румынии нет правительства как такового, – ответила Мэри. – Ионеску и есть правительство. Он контролирует все.

– Как вы считаете, там возможна революция?

– В настоящее время нет. Единственный, кто может свергнуть Ионеску, – это Марин Гроза, который сейчас живет во Франции.

Расспросы продолжались. Она была действительно экспертом по странам Восточной Европы, и Стэнтон Роджерс был поражен ее знаниями. У Мэри было неприятное чувство, что ее рассматривают под микроскопом.

«Пол был прав, – подумал Стэнтон Роджерс. – Она действительно крупный специалист по Румынии. Мало того, она прекрасно подходит вместе с детьми на роль представительницы Америки».

Мэри все больше и больше нравилась Стэнтону. Она была самым подходящим кандидатом.

– Миссис Эшли, – сказал Роджерс, – я буду с вами откровенен. С самого начала я был настроен против вас как возможного кандидата на роль посла в такой сложной стране, как Румыния. Я так и заявил президенту.