Мэри решила не высказывать свое мнение.

– Я хотела поговорить с вами, потому что у меня сложилось впечатление, что моральный дух сотрудников не на высоте. Все жалуются. Все выглядят несчастными. Я хочу знать: это всегда так или причина во мне?

Некоторое время Хэрриет Крюгер изучающе смотрела на нее.

– Хотите, чтобы я ответила честно?

– Пожалуйста.

– И то и другое. Мы, американцы, сидим здесь как в скороварке. Стоит нарушить правила игры, и начнутся большие неприятности. Мы не можем поддерживать дружеских отношений с румынами, так как потом выяснится, что они агенты секуритате.

Приходится общаться только с американцами. А так как нас тут мало, все это быстро приедается. – Она пожала плечами. – Зарплата маленькая, еда отвратительная, погода мерзкая. – Она посмотрела на Мэри: – Но здесь вашей вины нет, госпожа посол. У вас две проблемы. Первая – это то, что вы политический назначенец, которого поставили во главе посольства, где работают профессиональные дипломаты. – Она замолчала. – Я не слишком разоткровенничалась?

– Нет. Продолжайте, пожалуйста.

– Большинство сотрудников настроились против вас еще до того, как вы приехали.

Им хочется, чтобы все шло по-старому, а политическим выдвиженцам нравится все менять. Для них вы любитель, который объясняет профессионалам, как правильно работать. Вторая проблема заключается в том, что вы женщина. Румынам на своем флаге стоило изобразить шовинистическую свинью. Уж если американцам не нравится получать приказы от женщины, то румынам и подавно.

– Понятно."

"– Однако у вас великолепный пресс-агент, – улыбнулась Хэрриет Крюгер. – За всю свою жизнь не видела, чтобы кому-то уделяли столько внимания, как вам.

Как это у вас получается?

Мэри не знала, что ей ответить.

Хэрриет Крюгер посмотрела на часы.

– Ого! Так вы опоздаете. Флориан уже ждет, чтобы отвезти вас домой. Вам надо переодеться.

– Переодеться? Зачем? – спросила Мэри.

– Вы что, не видели распорядок дня, который я положила вам на стол?

– Боюсь, что у меня не было времени. Только не говорите, что мне придется ехать на какой-нибудь прием.

– Прием? Сегодня вы должны быть на трех приемах. На этой неделе вы обязаны присутствовать на двадцати одном приеме.

– Это невозможно. У меня столько…

– Ничего не поделаешь.

В Бухаресте семьдесят пять посольств, и каждый вечер в одном из них проводится прием.

– А я могу сказать «нет»?

– Это значит, что Соединенные Штаты скажут «нет». Вы оскорбите их отказом.

Мэри вздохнула:

– Поеду переодеваться.

* * *Прием в тот день проводился в правительственном дворце. Он был в честь прибывшего в Румынию высокопоставленного лица из ГДР.

Как только Мэри вошла в зал, к ней тут же подошел президент Ионеску. Он поцеловал ей руку.

– Я ждал, когда мы встретимся снова.