Я слабо дергаюсь и упираюсь ладонями в его грудь, но от соприкосновения с голой кожей бьет, как от удара электричеством. Одернув руки, замираю и чувствую, как скользит его язык по моим губам.

Поначалу еле ощутимо, словно пробуя на вкус, а потом все настойчивее, вынуждая приоткрыть рот навстречу.

Прикрыв веки, я размыкаю зубы и робко касаюсь своим языком его.

Шумно втянув воздух, Матвей хватает мою голову второй рукой и углубляет поцелуй.

Я мешкаю лишь секунду, и отвечаю… Потому что… черт… потому что это то, о чем я думала со вчерашнего дня.

Наши губы вдавливаются друг в друга, а языки переплетаются в ритмичном танце.

Одна его рука продолжает удерживать затылок, а вторая перемещается на мое бедро, жадно сжимая его через ткань сарафана.

– Сюда иди! – сдавленно выдыхает он, хватает за талию и, перетащив через рычаг скоростей, усаживает меня на свои колени лицом к себе.

– Матвей… – успеваю я ахнуть, прежде чем он снова впивается в мой рот.

Меня трясет от новых ощущений, сопротивляться которым я не в силах. От его прикосновений горит кожа, а в низу живота пульсирует томящая тяжесть.

Посасывая нижнюю губу, он запускает обе руки под подол сарафана и, сжав ягодицы, впечатывает мои бедра в свой разбухший пах.

Да, для меня это не ново, мы не раз проделывали это с Давидом, вот только никогда еще я не чувствовала того, что сейчас.

Ощущение, словно не хватает воздуха, жар, исходящий от наших тел, наши хриплые стоны и мои руки, с остервенением вцепившиеся в волосы Матвея.

– Презервативы… – проникает в мое затуманенное похотью сознание.

– Что?..

– Резинки у тебя есть?.. У меня нет…

Резинки?.. как ушат холодной воды… Он, что, готов заняться со мной сексом?! Здесь?! А я?... Нет – нет – нет!!!

О, Господи…

Оторвавшись от его губ, немного отстраняюсь.

Воздух еще вылетает из меня беспорядочными короткими выдохами, но здравый разум уже вышел из комы.

– Что, Принцесса, испугалась? – тяжело дыша, хрипло усмехается парень, – скажи спасибо, что я вовремя остановился."

"Оперевшись руками в его плечи, я неуклюже перебираюсь с его колен на свое сидение. Он не останавливает и не помогает. Наблюдает за мной исподлобья, не говоря больше ни слова.

Достав с заднего сидения заброшенную туда бутылку с водой, делает несколько жадных глотков и поворачивает ключ зажигания.

На обратном пути мы не разговариваем. Я, все еще оглушенная произошедшим, пытаюсь собрать мысли в кучу, а Матвей… Матвей просто ведет машину, глядя прямо перед собой.

Останавливает ее, не заезжая во двор сервиса.

– Все нормально. Лампочка больше не горит, – ровно произносит он, – можешь спокойно ездить.

– Сколько я тебе должна?

– Тысячу давай…

– Всего?!

– Я же говорю, проблема пустяковая была, ничего разбирать или менять не пришлось.