Третьим ребенком в правящей династии была Амильена Милана Сианская. Принцесса была признанным бастардом Императора, рожденным от фаворитки уже после смерти законной супруги. Ее Высочество была любимицей правителя, поскольку тот всегда мечтал о дочери, а Императрица подарила ему двух сыновей. Как только стало известно, что фаворитка родила дочь, владыка тут же ее забрал и признал своим законным ребенком. О ее матери с тех пор никто ничего не слышал. А девочку Император растил, как истинную принцессу, но при этом баловал сверх всякой меры. Поэтому Амильена, хоть и была черноволосой красавицей с шикарной фигурой, отличалась скверным характером, постоянно требуя и получая все, чего бы ни захотела.

За глаза детей Императора называли «любимец публики», «выродок» и «стерва». Первого любили, второго ненавидели и боялись, с третьей старались не связываться, справедливо полагая, что себе же будет дороже.

Я была лично знакома с каждым из них. Как дочь графа де Шевари ко двору главы государства я была представлена в возрасте восемнадцати лет, во время бала дебютанток. К этому времени я уже училась на третьем курсе Академии и была полностью поглощена учебой, в надежде получить, как можно больше знаний, чтобы овладеть своим даром. С Амильеной мы учились на одном курсе лекарского факультета. Она была на два года старше меня и больше интересовалась балами и другими развлечениями, чем учебой. Ее закадычной подругой была Елизия Веланская, ставшая в последствии женой моего старшего брата.

Бал дебютанток проводился поздней весной, что совпадало с экзаменационной порой в Академии. Поэтому все мои мысли были о предстоящих испытаниях. Я машинально танцевала со всеми, кто меня приглашал, поскольку на первом балу не принято было кому-либо отказывать. И в беседу вступала только в том случае, если мой партнер по танцам сам заводил разговор.

Обязанностью обоих принцев было протанцевать с каждой дебютанткой хотя бы один танец. Поэтому все девушки готовились к этому балу особенно тщательно, как правило, за полгода, а то и за год. Каждая прелестница лелеяла мечту поразить кого-то из сыновей Императора своей красотой и грацией и получить шанс стать невестой принца. Я подобными иллюзиями не страдала, четко понимая, что принц имеет право жениться только на принцессе, в крайнем случае, на дочери герцога, и то, только если это будет политически выгодно. А становиться очередной фавориткой кого-то из высочеств мне было абсолютно не интересно. Поэтому ни в каких особенных приготовлениях к балу я не участвовала, а вернувшись домой из Академии в день мероприятия, облачилась в традиционно белый наряд, привела себя в порядок с помощью горничной и вместе с дядей прибыла во дворец.