А почему, спрашивают, Гуровым назвался? Да, говорю, женщина здорово понравилась, познакомиться надеялся, вот и сморозил. Тогда уже без слов меня ведут в какой-то подвал и там запирают. И сижу я там в холоде и голоде до темноты… А когда стемнело, меня посадили в машину и окружными путями вывезли подальше на шоссе. Там как следует отлупили, в канаву бросили и уехали. И самое обидное не то, что избили, а то, что били-то как-то не по-русски – без азарта, без ненависти – будто номер отбывали…

– Да, обидно! – с иронией сказал Гуров. – Мне в этом отношении больше повезло.

Меня-то как раз по-русски били, хотя и цыгане. Самую малость нож в бок не загнали… Ну, это ладно. Как же ты сюда вернулся?

– А я попутку поймал, – объяснил Крячко. – Повезло. Какой-то парень покрышки сюда вез – он меня и подобрал. Рисковый парень! Это я еще своей рожи в тот момент не видел – сел в машину, как будто так и надо. Всю дорогу анекдоты ему травил – денег-то у меня не было, – а он даже ни разу меня ни о чем таком и не спросил. Я и думал, что у меня с мордой все в порядке. Это надо же! – он покрутил головой.

– Это тебе наука, – усмехнулся Гуров.

 – Жалка участь самозванца!

– Ну ты сказал! – возмущенно фыркнул Крячко. – У меня и в мыслях не было. Ляпнул механически. А потом надеялся информацией разжиться.

– Разжился? – спросил Гуров.

Крячко развел руками. Гуров встал и прошелся по комнате.

– Хорошо, хоть живой вернулся! – сказал он. – И на том спасибо. Да-а, неприятно вышло! Чертовски любопытно, что эти люди мне предложить хотели?

– А ты думаешь, они хотели? – скептически спросил Крячко. – Мне так не показалось.

– Хотели-хотели, – заявил Гуров. – Просто ты им, как говорится, кайф обломал.

Вот видишь, оказывается, не костюм красит человека! Да, признаться, и не очень-то убедительно ты в нем смотришься. Твоя знакомая погорячилась, когда назвала тебя Джеймсом Бондом."

"Крячко почесал в затылке и скосил глаза на измаранный, порванный костюм, в который был одет.

– Да нет, это сейчас костюмчик не смотрится – помялся немного, – добродушно сказал он. – Сначала-то ничего было…

Потрясение понемногу улеглось, и привычный юмористический настрой постепенно возвращался к Стасу. Гуров был чрезвычайно этим доволен, хотя в обычные дни частенько ругал друга за треп и несерьезное отношение к делу.

Он-то прекрасно понимал, какое унижение должен был испытать сегодня Стас, став беспомощной жертвой каких-то самоуверенных подонков. Было очень важно, чтобы хорошее настроение как можно быстрее вернулось к нему.

– Ладно, что выросло, то выросло, – заключил Гуров. – Давай пока выкинем все это из головы. На поиски этой дамы и ее поместья нужно время. С цыганами разбираться – тоже сказка про белого бычка.