Нет, он не чувствовал меня.

Ничего не менялось на его лице и в пустых глазах, когда я хрипло выдохнула:

— Миша…

Медведь дошел до меня и остановился в шаге, на котором я задержала дыхание, ощущая, как пульсирует венка на шее, оттого что кровь побежала от переполняющих чувств.

Я помнила отчетливо, что его нельзя бояться. И нельзя бежать.

Поэтому застыла и перестала дышать, только запрокинула голову, глядя в его невидящие глаза и находя в черных зрачках собственное отражение, как бы темно ни было вокруг.

— Солдат! Выполняй!— рявкнул за спиной застывшего медведя недовольно псих, но медведь не торопился исполнять приказ.

Просто стоял рядом и дышал… странно.

Не так спокойно и размеренно, как до этого. Словно проглатывал собственное дыхание. Задерживал его в себе, отчего его чувствительные ноздри трепетали.

— Солдат!

Не знаю, что именно пошло не по плану, но, когда в метре от меня что-то просвистело, а потом раздался глухой звук сильного удара с придыханием, я поняла, что ночь меняет свои полюса.

На нас напали?

На всех?

И кто, черт побери?

Только медведь на это не реагировал! Продолжал стоять рядом и странно дышать, а вот я пыталась выглядывать из-за него и понимала, что совсем ничего не понимаю!

На поляне стало резко многолюдно!

Но что радовало, кто-то нападал на психа, не давая ему прорваться к нам и завершить то, что не сделал мой муж.

Если бы не была уверена в своем разуме, то сказала бы, что на него кидаются тени, которые дерутся при этом настолько умело и быстро, что поверить в то, что это люди, не было никаких шансов.

— Не двигайся! Он не тронет тебя, пока ты стоишь! — крикнул мне, очевидно, один из мужчин, оборачиваясь и при этом в красивом па уходя от удара озверевшего психа, пока я только ошеломленно хлопала глазами и пыталась собрать мысли в одной точке.

Они были за нас?

Мужчины — четверо или пятеро — были облачены во все черное, а их лица наполовину закрывали маски. Они явно были профессионалами и мощного быстрого Бера совсем не боялись.

Напротив, они действовали против него настолько слаженно, ловко и быстро, что напоминали натренированных псов для охоты, что загоняли свирепого озверевшего хищника в угол.

— Телефон! — в конце концов вскрикнула я, делая шаг в сторону и замирая, потому что медведь оскалился и зарычал надо мной, хотя и не предпринял попытки напасть или коснуться меня.

Но и этого предупреждения было вполне достаточно, чтобы я замерла и больше не пыталась пошевелиться, хотя вся покрылась холодным потом от боя, который разворачивался прямо перед моими глазами.

— Не дайте ему включить запись на телефоне! Так он может управлять медведем и направить его против вас!

Страшно было даже представить, что станет с этими людьми, если против них пойдет мой медведь.