Морган принес свое марочное вино и мороженое. Мы лениво валялись, потягивая первое и поедая второе. Тогда впервые он попросил меня остаться у него на ночь. Моя трезвая и благоразумная половина понимала, что это плохая идея. А та половина, которая была утомлена несколькими оргазмами, ползала на коленях и просила услышать просьбу мужчины и остаться.

Я не чувствовала внутренних мышц и у меня болела внутренняя сторона бедер, о чем я предупредила Моргана. В ответ он рассмеялся и пообещал только лишь обнимать меня во сне и не прикасаться в интимном плане. И я осталась в ту ночь.

И в следующую. И в ночь после нее…

* * *Я вошла в открытую дверь. Морган любезно придержал ее для меня.

— Привет, — тихо сказала я, не зная, чего ожидать дальше.

— Привет, Мо, — ответил он, окидывая меня заинтересованным взглядом.

— Я… ммм… пришла забрать твои замечания по статье.

— Оставь здесь сумку и пройди в мой кабинет.

— Хорошо.

Я сделала пару шагов, и Морган задержал меня за локоть. Прожигая черными глазами, полными возбуждения и власти, он твердо сказал:

— Когда зайду в кабинет, я хочу, чтобы на тебе не было трусиков, остальную одежду оставь.

Наклонись над столом, подними платье. Ладони положи на стол и жди меня. — Я судорожно вздохнула и кивнула. — И не забудь широко расставить ноги. — Я было двинулась, но он усилил хватку на локте. — Не заставляй меня повторять просьбы, Моника. Поняла?

— Да, — шепотом произнесла я.

— Хорошо. Иди.

Он развернулся и пошел к спальне, а я — в противоположную сторону к кабинету. На трясущихся ногах я вошла в его святая святых. В этот раз, как ни странно, на

столе не было ничего. Обычно на нем лежат куча проектов, документы, ноутбук, графический планшет, пульт от телевизора и телефон.

Но в этот день стол был чист. Он готовился. Еще до моего прихода Морган знал, что будет использовать его. Я посмотрела влево и на полке увидела все те предметы, которые обычно покрывают его стол."

"Услышав шаги в коридоре, я быстро скинула трусики, подняла платье до талии и нагнулась над столом, как он того и просил. Положив руки на столешницу, я стала ждать.

Услышав клацанье дверной ручки, я нервно вздрогнула. Благодаря умелым манипуляциям Моргана, у моего тела выработался собственный рефлекс на его команды.

Тон его голоса становится ниже — мои трусики намокают. Цвет глаз становится черным — трясутся ноги. Слышу его уверенные неторопливые шаги — мозг отключает все чувства, кроме предвкушения.

Я слышала, как он вошел в кабинет и бросил что-то на стоящее рядом кресло. Слегка повернув голову, я увидела распечатку с интервью с красной пометкой внизу страницы. Любопытство бушевало во мне и вызывало жажду увидеть, что же его не устроило. Но Морган, стоящий за моей спиной, интриговал сильнее.