− В субботу? Парень не знает покоя и сна, — усмехнулась подруга.

− Он в пятницу поздно прилетает из командировки и поэтому интервью назначил на субботу. Потому что мне в понедельник нужно сдать статью редактору.

− Отлично, − провозгласила Роуз. — Где вы встречаетесь?

− Ммм… у него дома.

Последовала пауза.

− Дома?

− Да. Он сказал, ему так удобнее.

− Моника, так он всю работу сделает за тебя! — воскликнула Роуз. — Надень что-то посексуальнее — и он не сможет устоять. Переспи с ним. Напомни, как это — оказаться в объятиях Моники Грейнджер. Потом скажи, как сожалеешь, что оттолкнула его. И бам! Он твой!

− У тебя все так просто, − простонала я, закрывая глаза и мысленно пытаясь представить себе такую ситуацию.

− И у тебя будет, если не облажаешься.

− Да. Буду пытаться. — На ноутбуке высветилось сообщение о новом электронном письме от редактора. — Я должна бежать, дорогая. Рич скинул мне материалы, которые я ждала, чтобы закончить статью.

− Давай, девочка, я в тебя верю. У тебя обязательно все получится. Только, Мо…

− Что? — спросила я, не дождавшись продолжения.

− Перестань разбивать сердце ему и себе.

− Постараюсь, − тихо ответила я и попрощалась с подругой.

Продолжила работать, пока в полночь истощенная не уснула прямо на диване в гостиной."

"Неделя обещала быть долгой и нелегкой. Я пришла на работу в среду в дурном настроении. Я составила список только из двадцати вопросов. А нужно было минимум сорок. Мне нужен был запас на случай, если Морган откинет несколько вопросов и не захочет на них отвечать. Но с каждым написанным вопросом я понимала, что, чем больше вопросов я задам ему, тем больше он задаст мне. А его вопросов я боялась. Но только лишь потому, что на большинство из них не знала ответа.

Почему я ушла от него? Потому что идиотка. Спала с другими мужчинами после? Ага, с двумя. Почему так мало? Потому что ни один и в подметки не годился властному Моргану. Заботливому Моргану. Любящему Моргану. Так что да, ответов для него у меня не было. Хотя нет. Один был. Идиотка — ответ на все вопросы.

Я пялилась в окно, потягивая двойной латте. Я реально ожидала, что сладкий напиток улучшит мне настроение. Даже шоколадку купила, активно призывая серотонин в свой мозг. Но этот поганец спрятался где-то за сморщившимся либидо и совершенно не хотел показываться наружу.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Мои размышления о взаимодействии внутренних органов и гормонов прервал противный голос Флинна.

− Доброе утро, Моника.

Он всегда произносил мое имя своим гнусавым голосом так, будто рядом со мной вот-вот отелится корова: «Му-у-о-о-оника».