Первые полгода. Пока мы окончательно не начали терять связь. Я осознал это, когда окончательно завершил проект и передал его строительной компании.

В день, когда все начало лететь к чертям, я сидел вечером в своем домашнем кабинете и разговаривал по телефону с Джорджем Хавилендом — специалистом по бассейнам. Он был моим партнерам по разработке проекта последнего особняка.

− Морган, не знаю, что конкретно, но что-то не так с этим домиком у бассейна. Его надо переконструировать или сделать из более легких материалов. Не знаю.

− Джордж, я думаю, мы поторопились и допустили ошибку.

− Тогда давай исправим ее. Скажи парням, пускай просто облегчат конструкцию домика.

− Хорошо. Думаю, ты прав. До связи.

Я положил трубку и быстро написал сообщение в групповой чат своей команды, чтобы они ко вторнику подготовили исправления в проект. Получив положительный ответ, я заблокировал телефон и закрыл ноутбук.

Я вышел в кухню, где сидела задумчивая Моника. Она потягивала кофе, сидя за барной стойкой, и молча смотрела в окно. Я подошел сзади и, заключив ее в объятия, поцеловал в макушку. Она не отреагировала. Обойдя жену, я приподнял пальцем ее подбородок и заглянул в глаза.

Взгляд был грустным и немного отрешенным.

− Эй, детка, все хорошо? — Она кивнула. — Устала?

− Немного, − ответила она, мягко высвобождая свой подбородок и делая глоток своего напитка.

Я развернулся и подошел к холодильнику. Открыв, просканировал взглядом имеющиеся запасы, но ничего мне не приглянулось.

− Может, выйдем пообедать?

− Я договорилась с девочками пойти на шопинг.

− С какими девочками?

− С Элли и Мартой.

− Кто такая Марта? — спросил я, наливая себе кофе.

− Я тебе рассказывала о ней.

Марта — стажер из издательства."

"− Не помню такого разговора.

Она легко дернула плечами.

− Наверное, твои мысли были в очередном проекте, − напряженно ответила она.

Я поставил чашку на столешницу громче, чем полагалось.

− Мо, что-то не так?

Я чувствовал витавшее в воздухе напряжение. Его можно было буквально резать ножом. Но Моника, как всегда, заталкивала свои истинные чувства в самую глубину, откуда их вытянуть можно было только щипцами. Раскаленными.

− Нет. — Снова это подергивание плечами. Недавно приобретенная ею привычка начинала меня раздражать.

Как и привычка скрывать то, что у нее на уме.

− Ты уверена? Мы можем поговорить.

Она прервала меня, выразительно посмотрев на часы на запястье и тут же вскочила с места.

− Прости, дорогой, мне пора бежать.

Она чмокнула меня в щеку и, схватив ключи с сумочкой с тумбочки возле двери, выпорхнула из квартиры.

Дорогой? Она никогда меня так не называла. И этот фальшиво-радостный тон совсем не добавлял оптимизма сложившейся ситуации.

Я плюхнулся на стул и простонал, опустив лицо в ладони.