− Моника, это интервью для финансового вестника, а не в желтую газетенку.

Я снова посмотрела на него.

− Знаю. Только это передовая статья и я бы хотела разбавить сухие факты интересными моментами твоей жизни.

− Об интересной девушке тоже будешь спрашивать? — прищурившись, спросил он.

У меня в горле стал ком. У него была девушка? Как давно? Как он смотрел на нее? Кто она? Я решила разведать все это во время интервью.

− Мы дойдем до этого. Пока давай двигаться по пунктам. — Он одобрительно кивнул. — Итак, колледж. Мы поговорим о том, что еще кроме учебных дисциплин привлекало тебя во время учебы. Занимался ли ты спортом, посещал ли вечеринки, какой был самый запоминающийся момент. В общем, все, что формировало личность Моргана Стайлза.

Он снова кивнул.

− Подходит? — уточнила я. Кивок. — Дальше — семья. — Я подняла взгляд на Моргана, чтобы понять, как он отнесется к вопросу. Ну, и заодно разведать, не женился ли он тайком в Вегасе за это время. Мужчина просто спокойно смотрел на меня.

− Что с семьей?

− Жена? Дети? — пошутила я, нервно хохотнув, но на его лице не дернулся ни один мускул. Черт, эта подготовка выжмет из меня все соки. Я начинала потеть от напряжения. — Ладно, едем дальше. О семье стандартные вопросы. Где вырос, кто воспитывал, как родители повлияли на твое желание стать архитектором. Это я буду спрашивать для вступительного описания тебя как личности. Ну, знаешь, как обычно пишут? Родился — вырос — выучился — бам! — знаменитый архитектор.

Он кивнул.

− Дальше, − подтолкнул он.

− Дальше будут вопросы о том, как ты зарабатывал свой капитал. Самые нелепые и самые дорогие проекты. Как получил свой первый проект и что для этого сделал. — Я дождалась от него кивка и продолжила. — Потом о текущей работе. Финансовые показатели мне даст твой финансист. Но меня интересует взаимодействие с сотрудниками. Теперь особенно волнует дискриминация.

− О чем ты говоришь? Какая дискриминация? — прорычал Морган. У меня на затылке волосы поднялись. Я никогда не видела такую его сторону.

− Тот факт, что девушки за стойкой ресепшен при входе одеты в деловые костюмы и с туго затянутыми пучками на головах.

− И что с ними не так?

− А то, что по дороге к твоему кабинету я увидела комнату отдыха. И кучу людей в джинсах и конверсах. Так почему так же не могут одеваться те девушки? Думаю, их улыбки были бы более искренними и не выглядели бы как оскал загнанного зверя.

− Какого черта, Мо… ника? — Морган запнулся на сокращении моего имени. Это звучало слишком интимно, поэтому он был вынужден добавить оставшиеся слоги.

− А что? Почему им нельзя чувствовать себя свободно?

− Они — лицо компании, − сквозь зубы процедил мужчина.

− И что? Лицо ведь может быть в джинсах, — возразила я. — И вообще.