Удивительно, какой талант скрывался в этом человеке! Не место такому, как он в Хопёрске. Но я уже интересовался, почему он здесь задержался. Ему приходит много заказов с железной дороги. А поскольку Хопёрск находится на пересечении двух железнодорожных линий, тут у него работы — уйма! Так что благодаря этому живёт он совсем не бедно, хоть дворянином и не является.

Прошёл ещё час. Рабочие уже с ног валились, а Игорь, похоже, начал уставать настолько, что поддержание температуры потребовало у него присесть на колени. Ноги задрожали у парня — сил уже не осталось. Но ничего — мы почти закончили.

Я убедился, что влаги в центрифуге не осталось, и поднял руку вверх.

— Всё, друзья. Мы закончили, — заявил я.

Сушка приготовленного порошка подошла к концу. Все кроме меня и Щеблетова повалились на холодный пол.

— И что? — нахмурился Щеблетов. — Этот порошок — и есть сульфаниламид? Тот самый антибиотик?

— Проверить это можно будет только на практике, — ответил я. — Но выглядит он именно так, как должен.

Я дождался, когда порошок остынет. Зачерпнул миниатюрную горсть и попробовал её на вкус.

— Вы что делаете, Алексей Александрович⁈ — вздрогнул Щеблетов. — А если отравитесь?

— Если отравлюсь — патентовать его, очевидно, не будем. Но… — я распробовал вкус. Горький. Один в один тот же стрептоцид, который мне доводилось пить ещё в прошлой жизни. По вкусу, конечно, наверняка не скажешь, но…

Я получил другое подтверждение. Я услышал удовлетворённый смешок Гигеи. Рядом её не было, голос звучал в моих ушах. Но этого мне хватило понять, что я всё сделал правильно. И подтверждением тому был поток маны, который обрушился на моё тело и заполнил все витки, ещё сильнее ускорив рост лекарской силы.

Я выполнил одно из условий клятвы. Продвинул медицину вперёд. Значит, сульфаниламид и вправду получился.

— Мы справились, господа! — прокричал я.

Весь завод взорвался от ликований. Даже Щеблетов, который обычно старался не показывать своих эмоций, чуть не забрался в центрифугу от счастья.

А нет. Забрался! Следом к нему присоединился Синицын. А рабочие начали их раскручивать. Весь завод просто одурел от чувства триумфа.

Однако наш сумасшедший праздник прервал ворвавшийся в здание Иван Михайлович Сеченов.

— Господин Мечников! — прокричал он. — Беда… Беда!

— Ах он сволочь! — услышал я гневный шёпот Синицына. — Как он посмел сюда явиться⁈

Илья выбрался из центрифуги, но тут же пошатнулся и рухнул набок из-за головокружения.

— Иван Михайлович, правда, что вы тут делаете? — спросил я. — На этот завод посторонним нельзя.

— Понимаю, — кивнул он. — И прошу прощения. Но вам надо это видеть.

Он протянул мне свежую газету.