Я остановился около массивных дверей священного здания и крикнул во всё горло:

— Михаил! Сволочь, а ну, быстро выходи сюда!

Я ж его закодировал, вылечил от алкоголизма. Зачем ему спирт понадобился?"

"Первым высунулся Никодим.

— Господин Мечников, что вы себе позволяете? — громко шмыгнув носом, спросил он.

— Лучше скажите, что себе позволяет ваш младший жрец, — прямо сказал я. — В вашей невиновности я не сомневаюсь. Но меня очень смущает, почему вы не обратили внимания, что ваш ученик поливает весь Хопёрск техническим спиртом? Это что, жрецы умеют аж до такого состояния воду освятить?

— Как… Как это — спиртом? — гнусавым голосом спросил Никодим.

А затем резко изменился в лице.

— Ах он ирод невежественный! — взорвался старший жрец. — Воспользоваться тем, что у меня нос заложен!

Никодим ворвался в церковь и вытащил за шиворот Михаила. Младший жрец упирался, но понял, что его уже взяли с поличным. Деваться некуда.

Я взмахнул правой рукой и вылечил насморк Никодима, а затем использовал обратный виток, чтобы расслабить ноги Михаила. На всякий случай, чтобы не сбежал.

— Ну рассказывай, что это всё должно значить? — скрестив руки на груди, спросил я. — Ты ведь больше не пьёшь. Физически пить не можешь! Я ж тебя вылечил, а ты чем мне отплатил?

— Простите меня, господин Мечников, — принялся кланяться он. — Бес попутал. Мужики из кабака увидели, как вам спирт везут. Рассказали мне об этом… А в меня, наверное, демон в этот момент вселился! Да-да, прямо как в Никодима. У меня откуда-то возникла мысль проникнуть туда ночью. Я телом своим не управлял.

Ну-ну. Демоны. Знаю я таких демонов.

— Всё понятно, — кивнул я. — Все замки кусачками посрезал, пока Никодим завод освящал, да? А потом ночью вместе с мужиками все бочки вывез на своей церковной повозке. А улицы зачем поливали?

— Так обычно нашу воду освящённую не так активно покупают. Я подумал, что запах спирта больше народу привлечёт. Вернее, не я, а… В общем, простите меня.

— Да какое может быть тебе прощение⁈ — взревел Никодим. — Алкоголь продавать в церкви Грифона! Совсем спятил. Опозорил меня на весь город. Пошёл вон отсюда!

Михаил попытался подняться, но не смог из-за того, что я снизил тонус его мышц.

— Вон — я сказал! — повторил старший жрец. — И чтобы я тебя здесь больше не видел. Обойдусь без ученика.

Михаил в отчаянии ползком по снегу проскользил за территорию церкви и исчез из виду.

— Господа лекари, вы простите меня, — поклонился Никодим. — Я не знал, клянусь вам. Не беспокойтесь, возмещу я убытки, которые этот болван вам принёс.

— Да подожди пока с возмещением, — вздохнул я. — Давайте посмотрим, сколько бочек осталось.

Мы с Синицыным прошли за церковь к повозке, на которой были спрятаны бочки. Хорошо, зараза, замаскировал их. Сеном облепил со всех сторон.