Завязалась потасовка. Они одновременно ринулись вниз. Быков ударил девушку по лицу. Ника почувствовала вкус крови во рту, забившись в угол. Леша успел спрятать накопитель и подобрать активатор первым, но Ника ринулась к нему и сбила с ног. Он стал съезжать и в последний миг ухватился за порожек, чудом не вывалившись из подвесной кабинки.

– Помоги мне, – едва слышно произнес он.

Пытался подтянуться, но не находил точку опоры. Ника стояла на одном месте и думала о том, что было бы легче, если бы он упал. Сорвался вниз – и больше нет проблем. Она медлила непозволительно долго. И Леша, раскатисто засмеявшись, с трудом удерживая вес тела на левой руке, второй нажал красную кнопку.

– Могу и отпустить. Хочешь увидеть блеск огней?

Ника тотчас сорвалась с места. Успела выдернуть из его ладони активатор, сдавив кнопку вместо него. Она уперлась ступнями по обеим сторонам от двери и потянула изо всех сил Лешу наверх, но безуспешно. Еще немного, и они рисковали выпасть наружу вдвоем.

– Ха-ха, теперь судьба в твоих руках, мелкая. Как символично. Тебе решать, кому жить, а кому умереть, всех не спасешь.

Ника осознавала это. До онемения сжав одной рукой пульт, второй вытащить Лешу было слишком нереально. Был выбор. Бросить пульт, оставить место маленькой надежде, что все не взлетит на воздух, что-то не сработает и люди не умрут. Или разомкнуть пальцы, отпустить Лешу. Он – зло, какими бы намерения ни были, он сеял тьму.

Сердце Ники разрывалось напополам.

Смешно до боли, но именно сейчас, скрипя зубами от усилий, чтобы уберечь Лешу от смерти, она вспомнила таблицу Пифагора, вспомнила редкостные показатели семи единиц в Лешином квадрате: «законченный диктатор с диким стремлением к власти и доминированию». Еще тогда нужно было бежать от него сломя голову. Почему она никогда не слушала себя?

Его глаза переливались нездоровым блеском. Ее мышцы рвались от боли. Но она держалась. Хоть оба и понимали, к чему шло.

– Прощаться пора, мелкая. Заценишь фейерверк, – он подмигнул, а затем чуть тише прошептал знакомые строки: – Мы умрем на арене, людям хочется зрелищ.

И разжал пальцы. Ника в безмолвном крике подалась вперед, но ухватила только воздух.

Леша сорвался вниз, глядя на нее. Он падал медленно, Ника потрясенно застыла. Смотрела и не дышала. А после зажмурилась и отползла к противоположной стене, впиваясь в пульт до белизны в пальцах.

Отче наш, Иже и еси на небесех! Да святится имя Твое…

Отче наш…

Помоги мне, помоги не умереть этим людям.

Глава 28

Fleurie – Hurts like hell

Ника не заметила, что колесо снова двигалось. В голове замкнутой цепочкой повторялись слова молитвы, время потеряло смысл. Была лишь цель, похожая на свет в конце туннеля.