Пушки оказались похороненными под обломками стен. После третьего залпа к берегу поплыли баркасы с десантом, высадившимся неподалеку от того места, где раньше была башня. Морские пехотинцы поднялись к груде обломков, убедились, что сопротивляться там некому. После этого началась переправа на берег девятифунтовых пушек и ракетных установок Конгрива, которые затаскивали на вершину холма.

В пять часов пополудни начался обстрел. На крепость Динхау полетели бомбы и ракеты. Последние соединяли быстро рассеивающейся дугой черного дыма вершину холма с городскими кварталами. По такой большой цели трудно промахнуться. Самое забавное, что ракеты были придуманы китайцами много веков назад и лишь недавно по историческим меркам позаимствованы и усовершенствованы британцами. В крепости сразу в нескольких местах начались пожары. Ответного обстрела не было, хотя в Динхау много пушек крупного калибра, способных достать и до вершины холма, и до кораблей эскадры.

Штурмовать на ночь глядя контр-адмирал Джордж Эллиот не решился, несмотря на то, что пехотные полковники утверждали, что разберутся до темноты.

— Нам спешить некуда. Утром по холодку обстреляем еще раз и захватим крепость, — решил он.

Всю ночь в Динхау полыхало в нескольких местах и раздавались воинственные звуки труб. Я по привычке спал на шканцах. Мало того, что в капитанской каюте было ночью, как нагретой духовке, так еще и Джордж Эллиот приказывал закрывать на ночь иллюминаторы. Как и большинство англичан, страдающих хронической малообразован-ностью, он уверен, что ночной воздух отравлен и является причиной всех болезней. В то, что разносчиками заразы являются комары, он не верил, считал, что слишком малы для таких великих дел. В отличие от шхуны, где людей на квадратный метр главной палубы меньше, чем на линейном корабле на все палубы вместе взятые, здесь постоянно кто-нибудь ненароком будил меня. Я приподнимался полусонный, смотрел на крепость. Темная ночь с яркими ядреными звездами, типичный, перцово-пряный аромат Юго-Восточной Азии, приправленный горчинкой дыма, и оранжево-красное зарево. Предполагаю, что в ближайшее время это станет типичным британским перформансом в Китае. Вы жили хорошо? Тогда мы идем к вам!

В предыдущий день, даже во время обстрела, кто-то прятался в порту между джонками, кто-то выглядывал из-за зубцов каменных стен или в бойницы башен, а самые отчаянные жестикулировали: показывали мизинец (унижение), прикасались к мизинцу большим и безымянным пальцем (презираю), обхватывали правой ладонью левый кулак (буду драться насмерть). Утром в порту и на стенах ни души.

— Решили заманить нас в ловушку? — высказал предположение Джордж Эллиот.

— Всё может быть, — поддержал его флаг-капитан Ричард Дандас.