Попав в любое жилье, они примеряют его на себя, как платье, и, если размер подходит, начинают мысленно обзаводиться детьми. Кто будет их отцом — второстепенно. Возможность завести собственное гнездо толкает их на самые безрассудные поступки. Эмили Кушинг не была исключением.

— Свой дом — это хорошо, — мечтательно произнесла она и поинтересовалась: — Долго еще будут строить?

— Обещали закончить к концу лета, но по личному опыту знаю, что любое строительство требует в два раза больше денег и в три раза больше времени, чем запланировано, — ответил я.

— У тебя хватит на него денег? — задала она следующий важный вопрос, подразумевая, наверное, останется ли у меня что-нибудь после окончания строительства.

— Хватит на два таких дома. Это не считая того, что заработаю на опиуме за время строительства, — признался я

Золотая Мацзу буквально притягивала деньги. Как только получил ее, начал стремительно богатеть. Впрочем, этот процесс обычно так и идет — по экспоненте. Чем больше у тебя денег, там быстрее они плодятся. Главное — суметь остановиться в верхней точке.

Больше мы не возвращались к этому разговору, но Эмили Кушинг постоянно задавала вопросы о Гонконге, китайцах, ценах на еду, мебель, ткани… Процесс обзаведения собственным домом запущен.

К моменту окончания строительства будет принято решение. Надеюсь, правильное.

С ее мужем я встретился еще раз и опять в кабинете Уильяма Макнахтена, которого Чарльз Эллиот оповестил в письме о моей роли в урегулировании конфликта с китайцами, поэтому оба изображали теплое отношение ко мне. Хозяину кабинета это давалось легче, чем его секретарю.

— Вам надо продержаться до осени. К тому времени к Кантону прибудет помощь.

Нам сообщили, что эскадра уже собрана, готовятся к выходу. Вполне возможно, что, пока письмо добиралось сюда, она уже отправилась в плавание, — сообщил Уильям Макнахтен.

— Продержимся, — заверил его."

"Я не помнил перипетии Первой опиумной войны, как ее назовут историки. Эта тема не интересовала меня в двадцатом веке. Если бы знал, что окажусь ее участником, то обязательно прочитал бы всё, что смог раздобыть. Как говорили в годы моей юности, умная мысля приходит опосля.

С покупкой опиума проблем не было. Торговцы знали, что я «свой», поэтому глупые вопросы не задавали.

К тому же, других покупателей у них все равно не было, если не считать небольшие отгрузки в Сингапур и Европу. В первом случае покупали китайцы, живущие там, чтобы перепродать соплеменникам-контрабандистам, а может, сами возили в северные районы Китая. Из-за почти нулевого спроса цена была неприлично мала. Я забил опиумом оба трюма до отказа и разрешил членам экипажа в дополнение к тому, что было позволено по договору, скинуться и купить несколько ящиков на перепродажу.