Просто не могла поверить в услышанное, осознать полностью — как же так? Как такое может быть? — Ты… ты собираешься отдать её?

— Я действую исключительно в её интересах, — отчеканил Марк.

— В её интересах? — неверяще повторила я. — Как?.. Отказываясь от опеки и отдавая чужим людям?!

Мои губы задрожали от нахлынувших эмоций, с которыми и вылетели эти неосторожные слова.

Марк вновь медлил с ответом. На этот раз недолго, не более двух секунд. А когда он заговорил снова, в мужском голосе появилась резкость, или, скорее даже едва различимое раздражение. Слова звучали быстро, отрывисто, будто выстрелы. И от каждого из них что-то внутри меня все сильнее сворачивалось в тугой болезненный комок.

— Арина, я никогда не собирался брать полноценное опекунство над девочкой. Я не тот человек и живу не в том ритме, чтобы дать ей необходимую эмоциональную отдачу, внимание, заботу. Ей нужны родители — нормальная, здоровая семья! Я очень долго искал подходящих людей для удочерения, и эта пара подходит по всем критериям. Они благополучны, обеспеченны, имеют опыт в воспитании детей. У них есть все шансы достойно позаботиться о ней!

Я нервно обняла себя руками и уставилась в пространство, не желая осознавать, что это правда, а не какая-то дурацкая жестокая шутка. Но Варавва никогда не был похож на шутника.

— Между мной и тобой это ничего не меняет, Арина, — уверил он более сдержанно. — Ты поможешь девочке освоиться на новом месте, пока она будет привыкать к приемной семье. После постепенно уйдешь в сторону.

Значит, он уже давно все решил. Я старалась понять Марка, как могла, но внутри все противилось этому. Отдать свою племянницу, родную кровь, совершенно чужим людям!.. Потому что они смогут лучше позаботиться о ней? Но разве я о ней плохо заботилась?..

Я полюбила эту девочку всем сердцем, и даже одна мысль о будущей разлуке разрывала меня на куски! Если он хочет отдать её, то пусть… то путь лучше отдаст мне! Разве я чем-то хуже этой Ангелины? Только потому, что у меня нет столько денег?"

"Я резко сосредоточила напряженный взгляд на мужском лице, и вдруг выпалила:

— Сколько я должна зарабатывать, чтобы ты отдал её мне?

Варавва медленно поднял брови, неотрывно глядя в мои глаза. Но уже спустя секунду его лицо вновь стало непроницаемым.

— Не говори ерунды.

Я яростно замотала головой, испытав непреодолимое чувство безысходности. Будто на моих глазах что-то рушилось, происходило что-то страшное, а я стояла, и понимала, что у меня просто-напросто не хватает сил, чтобы это предотвратить! Но я не собиралась так просто сдаваться. Решила сделать все, что от меня зависело!

— Это вовсе не ерунда, Марк, — возразила я напряженными губами.