Впереди у Андрея был только длинный срок в колонии для бывших сотрудников органов внутренних дел. В колонии Шмаров также продолжил бить зэков, будучи самым первым активистом и помощником местной администрации.

ИК-50. Правосудие

Прошёл год.

— Алексей Адамович. — начал разговор Александр Васильевич. — Через месяц Вам будет предложено возглавить одну из колоний в другом федеральном округе. Настал момент, когда Вас необходимо вывести из разработки.

— Подождите, я не понял Вас. Я думал, что останусь здесь в своей колонии?

— Алексей Адамович, через полгода всё слишком круто изменится. Вы же надеюсь понимаете, что разработка Чуркасова — это только повод ближе приблизиться к генералу Саросову. Моё руководство приняло решение принимать серьёзные меры уже в отношении руководства управления.

— Но я думал, что …

— Алексей Адамович, это наилучший вариант для Вашей безопасности.

— Но Вы же говорили, что …

— Мы не обещали, что Вы возглавите именно ИК-50. Мы обещали карьерный рост и своё слово держим. Поэтому можете уже собирать вещи и готовиться к переезду. У Вас потом будет мало времени на сборы.

— Я понял.

— Алексей Адамович, у нас на Вас большие планы. Смотрите шире и дальше на перспективы, которые мы можем предоставить. За это время Вы зарекомендовали себя с положительной стороны. Моё руководство оценило Вашу работу и даёт шанс двигаться дальше. Не надо зацикливаться на одном месте, страна большая, у Вас хорошее будущее. Под нашим руководством.

— Александр Васильевич, а если они обнаружат аппаратуру, которую я устанавливал и дарил? Я уеду, и они всё поймут про меня.

— Алексей Адамович мы всегда готовы к изъятию нашей спецтехники. Среди тех, кто придёт на новое место работы тоже есть наши люди, не переживайте. Нас гораздо больше, чем все думают. Вы же не один будете переведены по другим регионам. Работа у нас такая с места на место переезжать. Страна у нас слишком большая, нельзя нам на одном месте без дела засиживаться.

Бобышкин смотрел сквозь иллюминатор на крыло самолёта и проплывающие мимо облака. Он летел далеко на запад и приближался к своему новому месту работы на должность начальника колонии с последующим присвоением звания полковник. Лёша думал о том, что как внезапно он превратился из преступника в верного помощника ФСБ и уничтожал себе подобных на благо страны.

В этот момент он ещё не знал, что через полгода генералу Саросову предъявят обвинение в получении многомиллионной взятки и превышении должностных полномочий. Его осудят на девять лет строго режима. Примерно такие же сроки получат и его первые заместители в управлении. Полковник Чуркасов будет осуждён на пять лет. После суда он повеситься в камере на сплетённой из своей же рубашки верёвке, не выдержав позора.