— Ох… Римский… же ты… полководец! — выкрикиваю, стоит паршивцу нащупать пальцами тонкую перемычку стрингов и нырнуть под неё, вдавливаясь между половых губ.

— Ахренеть, Лис, ты такая же аппетитная наощупь как и на вид. Тугая. В тебе будет жарко. Слишком горячо.

— Отпусти! — начинаю паниковать, сжимаясь на его пальцах. Чего доброго войдёт во вкус и разложит на столе, пообедав и поужинав мной. — Не имеешь права! Посягательство на честь предполагаемого сотрудника компании карается законом в виде..!

— Лишения достоинства… — в ответ доносится его мягкий хрипловатый хохот.

Увлажняя кончики шершавых пальцев, скользит ими вверх-вниз на входе. Совсем недолго, но для меня и этого достаточно, чтобы напрячься, вспотеть и забыть дышать.

Марк, испытав какой-то личный извращённый кайф, наконец убирает руку от чувствительной плоти.

— На переговоры с клиентами такое бельё носить запрещается. И почему я решил, что ты без трусов? — сам себя спрашивает, поправляя на мне подол платья.

— Я не ношу трусы, — зачем-то оправдываюсь перед грязным животным.

— А эти даже стрингами не назовёшь. Зубная нить, — фыркает, открывая дверь в приёмную.

— Ты не понесёшь меня на плече к выходу.

— Ошибаешься. Ещё как понесу. Ты же выбросила туфли в мусорное ведро. Хочешь пойти их достать и обуть обратно?

— Сдурел? Отпусти меня!

— Ещё раз громко возмутишься, и я разогрею твои ягодицы до полной прожарки.

Очередной шлепок вырывает из моей груди сдавленное «Ай».

Господи, стыд то какой. Утешает лишь то, что лифт для рабочего персонала находится совсем близко, и что всё это безобразие происходит на глазах его секретарши и ещё одной незнакомой мне девушки.

Черт! Я его убью, как только предоставится такая возможность…

* * *В коридоре прикусываю губу и веду себя сдержанно, чтобы не устраивать дополнительное представление для посторонних глаз. Перед обедом зона руководства оказывается безлюдной и тихой. Пересекая коридор широким, уверенным шагом, Марк быстро достигает цели. Открывает лифт для начальства и ныряет в купе, наконец-то опуская меня на пол.

Как только босые ступни соприкасаются с твёрдой поверхностью, моя рука под шум закрывающейся двери со смаком врезается в мужскую небритую щёку. Ладонь тотчас обжигает болью под хлёсткий звуковой хлопок.

Оба в шоке…

Я — от выброса адреналина. Марк — от моего неожиданного поступка.

Сработал рефлекс. Его хамское поведение подстегнуло меня ответить. В общем, я не сдержалась.

Господи, я влепила ему пощёчину?

Не могу поверить. Или могу?

В кабине лифта становится душно. Воздух ощутимо исчезает. Слюнные железы вырабатывают горечь и ненависть. Мы оба шумно сглатываем."

"Смотрю в ужасе на него. Стоит, как каменное изваяние. Глаза пылают яростью. Нервно перекатываются желваки на скулах.