Когда мой язык касается его тела и проходится вверх между двумя ровными выпирающими рядами кубиков на животе, Марк снова проскальзывает пальцами в мои волосы на затылке, сжимая их в кулак. Кожа после воды солёная, но это не портит его вкус, заводит ещё сильнее.

— Нужно заслужить… — шепчу я, смыкая зубы вокруг каменного соска.

Благодаря цепной реакции, мой затылок ещё больше обжигает болью. Хрипло смеясь, Марк за волосы оттягивает моё лицо от своей груди.

— Заразааа… — едва слышно шипит, направляя мою голову вниз, обратно к своему паху.

— Какой нетерпеливый мальчик… — цокаю языком, приспуская резинку тесных купальных шорт, помогаю «стержню» выпрыгнуть на свободу.

Блеснув толстой головкой в угасающих лучах закатного солнца, член звонко шлёпает о напрягшийся живот своего хозяина и выравнивается перед моим носом — огромный, литой, притягивающий, с подтёкшей прозрачной капелькой в устье уретры…

Сглатываю, несколько секунд трачу на то, чтобы его разглядеть.

На фоне прорисованного рельефа косых мышц достоинство Марка выглядит потрясающе! Настолько, что меня тотчас пронзает жгучая ревность. Мне до дрожи в теле не хочется, чтобы у него после меня появлялись в постеле другие женщины.

— У тебя были серьёзные отношения? — интересуюсь, поднимая на мужчину задумчивый томный взгляд.

Марко, выныривая из сладостного забвения, надавливает ладонью на мой затылок, чтобы я не болтала ерунды и принялась, наконец, за дело.

— Дааа… — выдыхает, упираясь головкой в мои сомкнутые губы.

— Как давно? — не унимаюсь я. Меня мучает этот вопрос. И пока я не удовлетворю любопытство, не смогу успокоиться. Обхватываю ладонью жилистый ствол, провожу языком по уздечке и снова замираю в ожидании ответа, испытывая в лоне сумасшедший пожар.

— О, ччееерррт… Алиса, какая, нахрен, разница?"

"— Большая, — шепчу, обхватывая губами гладкую вершину, провожу по ней языком, вырывая из горла Марко очередной тихий стон. Кончиком языка зарываюсь в маленькое отверстие и слизываю вязкую субстанцию, от вкуса которой я пьянею ещё больше…

— Алисаааа… мммм… — сглатывает, толкаясь членом глубже, но я тут же отстраняюсь. Мне очень нравится его дразнить. — Ладно… Это было в прошлой жизни, задолго до тебя.

Его дыхание сбивается ещё сильнее. Хватка на волосах усиливается, как и давление на затылок.

— Ты её любил? — почему-то мне важно это знать.

— Когда-то… — шипит, стоит мне поработать ладонью вверх-вниз.

— Кто был инициатором разрыва? — принимаю член наполовину в свой рот и, медленно скользя по нему сомкнутыми в трубочку губами, выпускаю изо рта с характерным чмокнувшим звуком.

— Блять! — вздрагивает. — Нам обязательно об этом говорить сейчас? — несдержанно рычит.